Главная суть сюжета в том, что в уездном городке Чевенгуре местные одиннадцать большевиков во главе с председателем уиревкома Чепурным провозгласили коммунизм. Для этого им пришлось побить (уничтожить) всех буржуев, а потом и «чуждых» полубуржуев, и делали это большевики с большим желанием. Дома и имущество буржуев раздали неимущим «пролетариям», одну или две сотни которых пришлось собирать из всякого пришлого сброда. И вот чевенгурцы стали жить да поживать, свободно и вольготно, не работая, но бродя по степи и на пропитание употребляли съедобные злаки и корнеплоды. «Занятия для людей были не обязательными … труд раз навсегда объявлялся пережитком жадности и эксплуатационно-животным сладострастием, потому что труд способствует происхождению имущества, а имущество – угнетению; но само солнце отпускает людям на жизнь вполне достаточные нормальные пайки». Вот такая философия и политэкономия были у главарей коммунизма в Чевенгуре. По сути, устройства жизни по первобытнообщинному типу, но с револьверной диктатурой местных большевиков.

По-моему, все современные критики и хвалители романа «Чевенгур» (особенно, либерально-буржуазные) крепко ошибаются, называя его романом-утопией. Они не совсем поняли автора. Никакая это не утопия, а на самом деле – попытка писателя Платонова окарикатурить происходящие в СССР события. Писатель сам не очень вник в тенденции революции и развития общественного, в т. ч. колхозного строительства, и хотел в своем сатирическом произведении, показать тщетность усилий большевиков по строительству социализма. Но у него получилась не доброжелательная сатира с критикой многочисленных подсмотренных недостатков, как это было в «Двенадцати стульях», а злая издевка над жалкой действительностью. А наша страна в те годы, в конце 20‑х, в самом деле была невероятно бедна и в ней наощупь только-только намечались новые, не всем понятные, революционные пути. Платонов их не понял. Вероятно, он полагал, что усилия большевиков не только бессмысленны, но и вредны и способны привести не более, чем к первобытному мышлению и примитивному коммунизму, что он и показал в своем романе. И потому его роман выглядел как антисоветский. И не печатался 59 лет.

Понимал автор или нет, но в романе, по сути, нет положительного героя, за исключением, может быть, Захара Павловича Дванова (отчима Александра Дванова) который говорил пасынку: «Саша … сделай что-нибудь на свете, видишь – люди живут и погибают. Нам ведь надо чего-нибудь чуть-чуть». Но Саша Дванов, главный персонаж (но вовсе не положительный герой) сам не понимает, что надо делать. Он и его верный приятель Копенкин – люди более или менее самоотверженные, но на самом деле – неучи, и их усилия на общее благо – бестолковы и потому бесполезны. Что касается остальных персонажей, вроде Чепурного, Прохора Дванова, Гопнера, Пиюси и прочих представителей «народных масс», то они все поголовно – просто олухи царя небесного, ничего путнего не знающие и не понимающие, что творят. Потому роман неинтересен и читается с трудом. В нем много аляповатых повторов, что вызывает у добросовестного читателя дополнительное напряжение и скуку.

Еще есть у меня большой сборник Андрея Платонова «Сокровенный человек» издательства «Литература артистикэ» (Кишинев). Я прочитал рассказы и повести. Конечно, это не шедевры, не классика, но некоторые рассказы совсем не плохи.

<p>Наши капиталистические будни</p><p>Правдоподобная телекривда о Колчаке</p>

В течение недели шли 8 серий телефильма «Адмирал» – обычная коммерческая, но довольно талантливая, поделка – смесь правды с мелодраматическим вымыслом (с немалым количеством идеологического вранья – вставленного как бы между прочим). Колчак показан как очень талантливый военный деятель (каковым он на самом деле не был) и высоконравственный дворянин-аристократ в белых одеждах, человек (и невольник!) чести. Герой, на которого, конечно (а как же иначе?), следует равняться. Ни намека на трагические события (гибель крупнейшего линкора России) во время совершенно бездарного командования Колчаком Черноморским флотом, ни слова о его хитромудрых сделках с англичанами-американцами-французами, ни слова об антикрестьянских жесточайших действиях колчаковцев в Сибири и ответных дружных действиях сибиряков, создавших мощный антиколчаковский партизанский фронт.

Обычное современное пропагандистское вранье. Но для людей малоразвитых, плохо знакомых с фактами истории, это вранье – геббельсовского типа, – талантливо сварганенное, а потому и сильнодействующее.

Перейти на страницу:
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже