— Ай, — скривилась Энджи Соммерс, сдирая липкие электроды сердечных мониторов и вздрогнув, когда с ребра оторвался клочок кожи, присохший за долгие дни.
— Ненавижу это, — пожаловалась она, потирая сырое место.
Люди тянулись к трубкам с водой, сжимали кулаки и шевелили пальцами ног, проверяя мышцы, некоторые свесили ноги с капсул и держались за головы. Он знал, что они чувствуют то же: головокружение, легкую тошноту, головную боль и слабость в мышцах.
У них было три недели до прибытия на Европу, и дел было много. Одно из главных — вернуться в форму для потенциально изнурительной миссии: умственные и физические нагрузки будут не похожи ни на что, что они пережили. На самом деле, ни на что, что пережил кто-либо где-либо.
Если не считать русскую миссию. «Горбачев II», дальний космический корабль типа «Союз», стартовал задолго до них. Он успешно вышел на орбиту Сатурна, а затем совершил посадку на Европе. Но потом все обновления о корабле и экипаже прекратились.
Роскосмос, российский центр координации космических программ, перестал выдавать информацию. Читая между строк, можно было предположить худший сценарий: либо они разбились при посадке, либо произошел технический сбой, и они просто унеслись в космос.
«Будем надеяться, что нам повезет больше», — подумал он.
Брэд Морган оглядел лица своей команды: их было девять, включая его как командира миссии. Рядом с ним — Энджи Соммерс, биолингвист. Она говорила на более чем пятидесяти языках и писала статьи о системах общения животных, таких как пчелы и осьминоги. Если они встретят что-то похожее на разум, ей предстояло сказать первое слово.
Хизер Уинтерсон свесила ноги с капсулы, и одна нога подергивалась в спазматическом ритме, слышном только ей, — она разминала челюсть и мышцы рта, беззвучно произнося «ооо-эээ-ооо». Она была их биохимиком, но истинной страстью оставались онлайн-игры.
Далее — Хироюки «Хиро» Накагава, эволюционный биолог. Ему предстояло собрать визуальные, а возможно, и физические доказательства существования жизни. Их цель — описать, как она эволюционировала на ледяной поверхности Европы или в ее стигийских океанских глубинах.
В миссии было трое инженеров, которые обеспечивали работу всего и решали проблемы на ходу: Эдди Бурк, Джейк Уэсли и их заместитель командира, Нина Баркер. Все они уже были на ногах и в деле.
Почти последним был Бенито «Бенни» Джордано, специалист по связи, а за ним — их квантовик, Оливер «Олли» Мастерс, всесторонний гик, математик и теоретик-физик.
Морган считал команду отличной и на мгновение уставился в пустоту, мысленно распределяя задачи по категориям: ближайшие, среднесрочные и долгосрочные. Затем он мысленно пробежался по задачам команды — дел было уйма, и хотя до посадки оставалось несколько дней, он знал, что времени покажется мало.
Он доверял своей команде, но риск видел в технологиях — всё тестировалось сотни раз, в компьютерных симуляциях и в огромных ледяных резервуарах на объекте имени Нила Армстронга в Сандаски, Огайо. И еще раз — на застывшей арктической базе, где испытывали наземный вездеход.
Но теперь пришло время по-настоящему испытать всё на деле, и всё должно сработать с первого раза, идеально, — от этого зависели их жизни.
Инженеры могли провести базовый ремонт и обновления оборудования, но никакой мастерской не было, а запасные части находились почти в четырехстах миллионах миль[9] отсюда.
Морган запрокинул голову и закрыл глаза. Они проведут на поверхности и под поверхностью луны Европы всего пять дней, меньше недели.
Одна команда отправится на поверхностную миссию к равнине Цирцеи, где темные полосы намекали либо на минеральные отложения от извержений гейзеров, либо на какую-то биологическую поросль. Эту команду возглавит его заместитель, Нина Баркер.
Затем вторая команда под его руководством возьмет на себя большой подводный зонд, который проплавит и пробурит путь вниз, к океану, и отправится в тур по глубинам. Специальная субмарина была по сути водным танком и могла погружаться на десять тысяч футов[10], сохраняя хорошую скорость и маневренность.
Они последуют по пути маленького зонда по имени Немо, исчезнувшего двадцать лет назад.
Немо увидел что-то в океанских глубинах Европы, прежде чем загадочно пропал. Именно те кадры зажгли фитиль их экспедиции. Что бы там ни было, оно потенциально указывало на форму общения, и теперь задача миссии «Путешественник» — исследовать. Найти. И, возможно, даже связаться.
Брэд улыбнулся, вспоминая, как старший брат Грег рассказывал ему об этом. Брэд тогда еще учился в школе, но взрывной энтузиазм брата зажег огонь в его собственной груди, и двадцать лет спустя вот он здесь, готовый найти ответы на вопросы Грега о том, чем на самом деле был тот сияющий «ангел во тьме». Сама идея почти взрывала мозг.
Брэд встал; ему нужно было, чтобы ИИ-системы провели быструю проверку целостности и оборудования, а затем организовать экипаж. И его тело подсказывало, что пора в спортзал.