Затем подоспело Московское ополчение, но вместо 15 тысяч ратников генерал-лейтенант И.И. Марков привел к Бородино только 7 тысяч человек. К ним присоединилось 3 тысячи ополченцев из Смоленска под командованием генерал-лейтенанта Н.П. Лебедева. Не все ополченцы, горевшие желанием «постоять за Бога, царя и Отечество», прошли начальное обучение воинскому делу и в своем подавляющем большинстве своем не имели ружей, будучи вооружены пиками и топорами.
Главнокомандующий в Москве граф Ростопчин не выполнил кутузовское предписание: московские ратники, отправленные на войну, так и не получили ружья из городского арсенала. При оставлении Москвы французам достались 156 орудий самых различных калибров, 141 зарядный к ним ящик, 74 974 ружья, 7041 карабин, 386 пар пистолетов и 55 292 единицы холодного оружия. Правда часть ручного огнестрельного оружия была неисправна и нуждалась в ремонте арсенальными мастерами.
Русская армия отступила от города Гжатска, прикрывшись арьергардными силами, которыми умело командовал генерал-лейтенант П.П. Коновницын. Преследователи продолжали отмечать, насколько мастерски противник прикрывает свой отход. Платовские казаки не давали покоя чужеземцам, которые «растекались» в поисках пропитания от Московской дороги, что было сопряжено с опасностью для жизни.
…Командование Великой армии, состоявшее из людей опытных, повидавших на войнах многое, все больше тревожило то обстоятельство, что они «зашли слишком далеко в эту непонятную для них Россию». Серьезных столкновений с русскими, не считая Смоленского сражения, все не было и не было. Свое мнение именитые маршалы стали высказывать самому императору, который вел главные воинские силы Французской империи и пол-Европы все дальше и дальше «от границ Европы на Восток».
Во время краткого пребывания в Гжатске произошел спор, который перерос в ссору между Наполеоном и его старым соратником, начальником императорского штаба маршалом Луи Александром Бертье, который благодаря покровительству Бонапарта стал герцогом Невшательским и князем Ваграмским.
Правда, верен он был своему императору не до конца: когда тот в 1815 году бежал с острова Эльбы и вернулся во Францию, чтобы править ею еще «сто дней», Бертье, не зная, как поступить, уехал в Бамберг. Там он в один из дней шестью неизвестными был выброшен из окна замка, в котором жил, и разбился насмерть. Есть две версии его гибели: первая – самоубийство, вторая – покушение членов тайного революционного общества, которыми так была «богата» страна в то столетие.
Но перед этим вновь воцарившийся император Наполеон I исключил Бертье из списков маршалов Франции. В 1817 году его потомки получили от вернувших себе трон Бурбонов наследственный титул герцогов де Ваграм (Ваграмских).
Спор начался под впечатлением того, что продолжавшиеся дожди размыли все дороги, по которым двигалась на Москву Великая армия. Начальник штаба стал убеждать Наполеона отказаться от дальнейшего похода в глубь России. Он говорил ему, что в армии начались процессы ее дезорганизации, что могло привести к самым плачевным последствиям. Император, для которого желание взять Москву было уже делом решенным, резко заявил Бертье:
«Поезжайте, я не буду удерживать Вас… Возвращайтесь во Францию…»
Уязвленный таким отношением к себе, прославленный маршал империи ответил не менее резко:
«Когда армия видит перед собой неприятеля, вице-коннетабль не может покинуть свой пост, он берет ружье и становится в ряды своих солдат».
В предчувствии того, что русские дадут перед Москвой генеральную баталию, Наполеон приказал провести подсчет (2‑ю перекличку) наличного личного состава войск, которые следовали в главных силах. В строю оказалось 97 073 пехоты и 29 425 кавалеристов. В эти цифры входили и штатные артиллеристы. По данным штаба, в ближайшие пять дней к главным силам должны были присоединиться еще 6003 пехотинца и 1318 кавалеристов.
Таким образом, император французов мог рассчитывать на участие в сражении 133 тысяч 819 человек, то есть меньше одной пятой из первоначального состава общеевропейской армии, созданной им для Русского похода в Россию. Но это были, можно утверждать, лучшие наполеоновские войска.
Наполеон не мог не видеть, что после Смоленска стали численно меньше не только кавалерийские (из-за падежа лошадей и стычек с казаками) части, но и многие пехотные. Примером могла служить 25‑я пехотная дивизия из королевства Вюртемберг. Она настолько численно уменьшилась, что ее 12 батальонов пришлось свести в три (!) батальона полного штатного состава.
В Гжатске император Наполеон I, чтобы поднять дух своих войск, провел смотр войск, которые стояли в городе. Перед строем он обратился к солдатам и сказал, что пришел час решающего сражения, которое решит судьбу этого трудного похода, и что они должны быть к нему готовы. В ответ из рядов батальонов и полков неслось приветствие:
– Да здравствует император!
