Американские экономисты Кармен Рейнхарт и Кеннет Рогофф опубликовали в 2009 г. книгу, посвященную кризису, в которой они показали, что чрезмерное накопление долгов любого рода, государств, банков, предприятий или потребителей принесло с собой бо́льшие системные риски, чем можно было себе представить в период бума44. Если государственные бюджеты жили не по средствам, то это было частью общей проблемы, которая регулярно обострялась тем больше, чем больше государственный долг финансировался из внешних источников. Рейнхарт и Рогофф показывают в своем глубоком экспериментальном исследовании за период более 800 лет в 68 странах, что крупные государственные финансовые кризисы всегда сопровождаются предшествовавшими им кредитными и ипотечными пузырями, причем сектор недвижимости всегда играет особую роль. Они установили значение международного согласованного регулирования и улучшения статистической системы раннего предупреждения, которая одновременно учитывает данные по кредитам и ценам в самых различных сферах45.
Рейнхарт и Рогофф ясно показывают, что любая форма кризиса уже когда-то происходила и когда-нибудь она повторится снова. В качестве средства, которое лучше всего может помочь от финансового кризиса, они рекомендуют бдительность дома и в сфере своих полномочий. Американское государство и американский национальный банк могли и должны были бы распознать неблагоприятное развитие у себя дома, если бы они этого действительно хотели. Это, конечно, касается также и Греции.
Франк Ширмахер в августе 2011-го в эмоциональном порыве все смешал в одну кучу:
– мировой финансовый кризис с 2007 по 2009 год,
– кризис евро с 2009 по…
– кризис гражданского сознания,
– раздел имущества,
– критику системы со стороны левых,
– «неолиберализм» (не важно, что он означает),
– «деклассирование умственного труда, ползучее разрушение немецкого университета»,
– «демографические изменения» и многое другое46.
Для всех тех, кто с середины шестидесятых годов следил за всеми дебатами по системе и частично выступал на них, как и для меня, в списке его обвинительных пунктов нет ничего нового и неизвестного. Я интерпретирую эту статью и как призыв к помощи, и как документ растерянности. Вызванную ею серию последующих статей различных авторов 47 я взял как косвенное доказательство того, что мировой финансовый кризис, кризис евро и кризис долгов вновь ставит вопрос о легитимации нашего общественного и экономического строя.
Это важно еще и потому, что в последние 20 лет неравенство распределения доходов и имущества в промышленно развитых странах в целом возросло, особенно в США и Великобритании. Многим это казалось еще допустимым до тех пор, пока система показывала рост экономики и занятости, но когда цепочка оборвалась и вместо этого возникли затраты на спасение банков, то именно в этих двух странах стали появляться сомнения, вызвавшие кризис легитимации капитализма, которые поражают даже консервативные круги 48 и заметны в опросах, проводившихся в Германии49. Это было исходной точкой движения Occupy Wall Street («Захвати Уолл-стрит»).
Вопрос о легитимации неизбежно является постоянной темой в обществе с тех пор, как был свергнут абсолютизм и отпала легитимация, божьей милостью, рождения правителя. С тех пор считается: легитимно только то, что большинство граждан или формирующий общественное мнение класс воспринимают как легитимное. Для актуализации легитимного состояния постоянно необходима общественная дискуссия. Но о возможном исходе таких дискуссий не стоит строить иллюзии: эра коммунизма или государственного социализма закончилась. В мире преобладает модель рыночной экономики с частной собственностью на средства производства, и нет никого в перспективе, кто бы придумал принципиально что-то лучшее.
При классификации настоящего кризиса сначала имеет смысл взглянуть на пропорции: большое впечатление, которое кризис производит на наблюдателя, заключается как раз в перспективном искажении его при ближайшем рассмотрении во времени и пространстве: если мы посмотрим на рост экономики в мире за прошедшие десять лет, то, что касается развития производства, доходов и занятости, в этом смысле, кризис оставил в 2008–2009 годах лишь небольшую вмятину.
Кроме того, экономические и финансовые кризисы, будь они большими или маленькими, являются неотъемлемой составной частью экономического развития – хотя бы потому, что человек и общество склонны к постоянному повторению одних и тех же ошибок. Поэтому мы снова и снова ведем одни и те же дискуссии.
С такой предпосылкой я попытаюсь далее внести какой-то порядок в рассмотрение долгового кризиса в связи с легитимацией50. Для этого вначале несколько общих замечаний:
