С этими словами монах сошел с дороги и сбросил заплечный мешок. Из мешка появились по очереди кусок грубой некрашеный ткани, призванный символизировать скатерть, два сухаря, луковица и вожделенный кусок свиного окорока.
– Из-вините, раз-ве вера поз-воляет вам есть с-винину? – удивился Ярослав.
– Вы, молодой человек, проявляете удивительную сообразительность, – Левонтий оценивающе посмотрел на мясо, – нарекаю тебя Карпом.
И приступил к трапезе. Юноша, помедлив мгновение, последовал примеру рэбби.
– А как э… делается «лип-ти-тип»? – поинтересовался грабитель.
– Ну, я беру твою маленькую штучку, – монах покопался в мешке и выудил оттуда большие ножницы. – Ой, не то! – порылся еще немного и вооружился миниатюрной гильотиной. – Кладу твою маленькую штучку вот сюда и – «лип-ти-тип»!
– Я, пожалуй, нем-ного э… обож-ду, – прогнусавил юноша, отпрянув. – А больше у тебя точно ничего нет?
– Увы, теперь у меня еще меньше, чем было до встречи с тобой. Можно считать это настоящим ограблением! Поздравляю, молодой человек, поздравляю!
Молодой человек зарделся.
И тут вдали послышался лязг плохо подогнанного доспеха. Если рэбби Левонтий пришел с севера, то новый путник приближался с юга, со стороны Белокаменной. Не удовлетворенный первым ограблением, Ярослав горел желанием реабилитироваться.
– Б-лагослови, с-вятой отец?
– Благословляю, от меня не убудет. Может, рядом постоять? Для усиления эффекта? Хотя, пожалуй, нет.
Они, наконец, смогли рассмотреть издающего жуткий лязг и скрежет путника. Это был рыцарь. Большой, тучный рыцарь в полном доспехе. Доспех давно не чистили: во многих местах на нем темнела ржавчина, кое-где виднелись глубокие вмятины. И только закрытый шлем был любовно вычищен и тщательно отполирован. Рыцарь шел, не разбирая дороги, и бубнил что-то задорное. Из-за закрытого забрала слов разобрать было невозможно. В одной руке он нес большую секиру, в другой не нес ничего. Щита у рыцаря не было.
На этот раз новоиспеченный грабитель решил применить эффект неожиданности. Когда рыцарь поравнялся с Ярославом и Левонтием, юноша неожиданно подпрыгнул и преградил ему дорогу:
– С-тоять!
– Бу-бо-бу-бу-бу? – спросил рыцарь.
– Чего?
Тот стащил с головы блистающий шлем и повторил:
– Это ограбление?
– Таки, да! – вольностранствующий рэбби тоже поднялся. Его поза свидетельствовала о готовности не к нападению, а к стремительному бегству.
– Не на того напали! – прозвучало это не грозно, скорее печально. – Топор у вас уже имеется, а шлем я вам не отдам!
– А что, больше у тебя ничего нет? – Ярослав силился разглядеть за спиной рыцаря дорожный мешок. Мешка за спиной не было.
– У меня нет коня, – начал перечислять массивный путник. – Нет копья, нет даже щита! Его я проел позавчера. Так что даже еды у меня нет! А поесть я люблю.
– Заметно, – хмыкнул Левонтий. – Тогда, вероятно, ты присоединишься к нашей скромной трапезе?
Ярослав был поражен переходом инициативы в руки священника, но возражать не решился. Чувствовалось, что в деловых переговорах рэбби большой дока.
111
Больше в тот день по Западному тракту никто не прошел. Трое новоиспеченных соратников сидели на пригорке и грелись на солнышке.
– Одному грабить несподручно, – наставлял Левонтий Ярослава. – Давайте организуем настоящую банду!
– Давайте! – поддержал его рыцарь, любовно полируя шлем. – Я буду силой, ты, – он указал на юношу, – страхом, а ты, святой отец?
– А я пригожусь! Добычу девать куда-то ведь нужно – таки у меня есть много хороших знакомых!
Вот только добычи пока не предвиделось. Весенняя распутица была в самом разгаре.
112
Откуда же взялась атаманша Элли? О, свою полную трагизма историю она могла пересказывать снова и снова!
Родилась Элли далеко за морем, на широких просторах бескрайних прерий – так она называла тамошние степи. Над прериями постоянно дули ветра. Обычно не сильные, но случались и ураганы. Порой ветер дул с такой силой, что поднимал в воздух и уносил за горизонт людей, коров, а иногда – даже целые дома! В одном из таких унесенных ветром домиков жила некогда девочка лет двенадцати.
Ураган перенес ее вместе с домиком через море. Здесь ветер постепенно стих, и домик упал. Прямо на жилище ведьмы! Ведьму раздавило, девочке сказали «спасибо!», а дальше ей пришлось отправиться на поиски приключений и пропитания. Ибо кроме, как давить неосмотрительных ведьм, она больше ничего не умела, а злых (впрочем, как и добрых) колдуний в округе не осталось. Неизвестно, каким чудом эта-то уцелела!
Все в этой истории – выдумка. Кроме одного факта. В Асседо на самом деле стоит единственный двухэтажный дом. Над всей остальной архитектурой города его действительно возвысил ураган. Но это стихийное бедствие было местного масштаба: большой смерч просто поднял один из домов и поставил на соседний. Судебные разбирательства между хозяевами этих домов – ныне этажей – продолжаются до сих пор. Непонятно кто кому и за что должен платить аренду.
