— Сейчас непонятно, — обратился я почему-то к Азову. — "Частью игрового процесса" — это как? Он что, оцифровался? Ну типа как в фантастических романах? Там народ то и дело в игру с концами сваливает. Неудачники, как правило. Здесь у них все плохо, а там их все любят и уважают. А еще они богинь на спину укладывают как нефиг делать, драконов дрессируют, а под конец мир непременно спасают. И все это весело, бодро, с пафосными речами на три страницы. И с учетом правильной политической позиции на момент написания книги.
— Какая феерическая ахинея! — повертел пальцем у виска Зимин. — Такого на свете не бывает. Нет, всякое случается, но человек не может стать цифровым кодом по определению. Миллионером — может, покойником — тоже. Даже депутатом, если постараться, тем более что тут первое в большинстве случаев переходит во второе. Но чтобы живой человек стал неотъемлемой частью игры? Бред!
— Так объясни, что к чему? — попросил я, подхватывая вилкой с блюда сразу пару кусков колбасы.
— Сразу после того, как ты открыл двери для богов, этот поганец пробрался в Кузни Богов и сковал воедино клинок Демиургов, — произнес Валяев.
— У меня возникает ощущение, что мы говорим на разных языках, — пожаловался я Азову. — Слова вроде все знакомые, а смысл не улавливаю.
— Хорош резвиться. — Валяев был мрачнее тучи. — Я сам "хи-хи" люблю, но сейчас для этого вообще не время.
— "Кузницы богов" — одна из тех локаций, куда нам хода нет, — сообщил мне Зимин. — Из наследства покойного Олега. Нет, сейчас нам наконец удалось туда попасть, пусть не с администраторским допуском, а только с игровым, но это хоть что-то. Вот только делать там теперь нечего. Странник уже сковал что хотел, то есть один из самых значимых в игре предметов.
— Насколько значимых? — жадно спросил я, изображая любопытство.
Вообще-то я про это меч и так немало знал, меня еще черт знает когда насчет него Орт Пепельный просветил. Штука и вправду козырная, ей можно кого угодно грохнуть в пределах игры. Даже бога.
— Настолько, чтобы он мог стать частью игрового процесса, — рыкнул Валяев. — С этим мечом он теперь точно со дня на день объявит себя Темным Властелином. И тогда такое начнется!
— Да что начнется? — мне даже не пришлось подделывать раздражение в голосе. — Если он провозглашает себя Темным Властелином, то вам это только на руку. Он ведь тогда войдет в зону видимости работников Ильи Палыча. Они пробивают адрес, вы едете куда надо, ну и… Все. Дальше дело техники.
— Он уже был в зоне видимости, два дня назад, когда шастал по левому берегу Крисны, — вступил в беседу отмалчивающийся Азов. — "Пусто-пусто", как в лото. И так пытались пробить, и эдак — закрыт, как щитом.
— И что самое поганое, из игрового процесса его уже не изымешь, — стукнул кулаком по столу Валяев. — Вообще никак. На нем замыкаются такие сюжетные ветки, без которых игра сложится, как карточный домик.
— Говори понятнее, — попросил его Зимин. — Я вот в курсе проблемы, и то тебя не очень-то понимаю. Чего же мы хотим от Кифа?
— Если мы уберем из игры Странника техническим путем, то есть — грохнем его учетку или выкинем что-то в этом роде, то игра воспримет подобное как критическую ошибку, ведущую к непоправимым для нее последствиям, — максимально четко выговаривая слова, сообщил мне Валяев. — А после сделает то, что и положено порядочной программе в таком случае. Она "передернет" сама себя. То есть вернется в первоначальное состояние. В точку "ноль". Ну что ты глазами хлопаешь?
— Перевариваю, — признался я. — А точка "ноль" — это то, о чем я подумал?
— Понятия не имею, о чем ты подумал, — снова начал раздражаться Валяев. — Я не живу в твоей голове. Но чтобы для тебя было понятней — это как возврат к заводским настройкам. Будет уничтожено все, что только можно. Файролл превратится в девственный мир, в который не ступала нога игрока. И мы не сможем все восстановить обратно, вернуться к нынешнему состоянию. Это будет смерть игры. А может, и не только ее.
А ведь я что-то такое уже от них слышал. Правда, тогда все звучало не настолько траурно.
Вот ведь как башка варила у этого Талицина, такое придумать. Но пользы это ему не принесло. Только смерть.
— Беда, — я достал еще одну сигарету. — А от меня в данной ситуации что требуется?
— Нам надо, чтобы ты убил Странника, — твердо и уверенно заявил Зимин. — И чем быстрее, тем лучше.
Из девятнадцатого номера газеты "Вестник Файролла":
"От главного редактора"
"…постоянность. Мы рады, что наше издание понемногу становится не просто каким-то текстом на вашем девайсе и бумажным листком, а другом и соратником. Для нас это крайне важно. Теперь поговорим вот о чем…"
Из статьи "Великая Река. Лес Крухт"
"…гиблым местом.
