— Так, — Вайлериус остановился на очередном перекрестке и повертел головой. — Теперь туда.
Если это северное крыло, то, значит, есть еще три, по количеству частей света. Однако! Это на какую же сумму в игровом золоте тут добра хранится?
Минут через пять мы подошли к двери — старинной, огромной, дубовой, да еще и окованной потускневшим от времени железом. Я бы сказал — царь-двери.
Причем открытой, как и сказал Вайлериус.
— Ну вот, добрались, — принц погладил себя по голове. — Молодец, Вал, молодец. Рано жаловаться на память. Вывел куда надо.
— Красава! — поддержал его я, хлопнув по плечу. — Осталось только нужное найти.
— С этим сложнее, — принц переступил через порог и бодро затопал по узкому коридорчику, еле освещенному парой факелов, бездымно и беззвучно горящих на стенах. — Там, конечно, документов меньше, чем в остальном хранилище, но все равно много. Но мы туда и туда не пойдем, а сразу направимся в самую дальнюю комнату, где наиболее старые бумаги хранятся. Погоди, а что там за голоса? Или мне мерещится уже невесть что?
Я остановился и обратился в слух.
Верно, голоса.
— Не мерещится, — заверил я принца. — Кто-то говорит.
— Кто? — уставился на меня Вайлериус, понизив голос. — Вход в крыло на замке был, Лазариус его при нас открывал. А без него сюда мышь не проскользнет. Может — призраки? Тут ведь народу в разное время немало поубивали. Да и в стенах замурованных бедолаг хватает!
При всей своей эрудированности и склонности к точным наукам, принц явно был подвержен стандартным средневековым страхам, а потому немного побледнел.
— Мертвые не кусаются, — приободрил его я, отлично осознавая, что данная пословица в этих местах совершенно неактуальна. Тут мертвые кусаются, да еще как. — В смысле — призраки.
— Конечно, — немедленно согласился со мной принц. — Они не зомби, чего им зубами лязгать? Они просто вот так берут и сердце замораживают!
И он наглядно мне продемонстрировал, как именно призраки поступают с теми, кто встал им поперек дороги. Получилось жутковато.
— Пошли отсюда, а? — попросил меня принц. — Ну их, эти твои документы. Я смерти не боюсь, ты же знаешь. Но вот посмертие — оно разное бывает. Мне в виде бесплотной тени по этим подземельям веками летать неохота.
В самой дальней комнате, в той самой, куда мы как раз и шли, что-то грохнуло и следом за этим сразу два голоса дружно, почти в унисон, замысловато ругнулись.
— Призраки? — совсем уж засомневался я. — И вот так сквернословят, на грани штрафа?
— Какого штрафа? — озадачился Вайлериус.
— Немалого, — похлопал его по плечу я. — Нет, приятель, это не тени. Это люди. Вот только в самом деле непонятно, что они тут делают и как сюда попали.
— Люди? — мигом приободрился принц. — Так это совсем другое дело. Пошли спросим — да и все.
— Стой, — я даже договорить не успел, не то что схватить за рукав воспрянувшего духом Вайлериуса. — Ты чего? Мало ли кто…
Куда там. Принц со свойственной ему быстротой и непосредственностью буквально пробежал по коридору, встал на пороге той самой дальней комнаты и громко поинтересовался:
— Господа, а вы что тут делаете? И по какому праву? И вы, прекрасная леди. Это закрытые архивы Академии Мудрости, тут вам не место.
Там еще и леди есть. О как!
В комнате снова что-то грохнуло, как видно, господа и дама не ожидали явления престолонаследника Западной Марки народу.
Я вздохнул и поспешил за ним. Мало ли кто там копается? Ладно если игроки, они принца пальцем не тронут, они себе не враги. Ну а если НПС? Какие-нибудь работники меча и топора, которых наняли по квесту найти некий документ? Ткнут Вайлериуса ржавым ножиком под пятое ребро — и привет мамочке. А виноват кто будет? Я. Куча народу подтвердит, что он именно со мной отправился в это документохранилище. С кого тогда за его смерть спросят? Даже можно не гадать. И закроется для меня тогда Западная Марка аж до самой смены ныне функционирующей правящей фамилии. В лучшем случае. А это смерти подобно в нынешней ситуации.
До меня доносилось невнятное шушуканье, как видно, застигнутые врасплох расхитители документов обменивались комментариями по поводу постигшей их неожиданности. А Вайлериус, как видно, компенсируя свой недавний страх, продолжал свои речи, все более и более повышая голос.
— Разве вам неизвестно, какая кара ждет тех, кто посягнет на имущество Академии Мудрости? Тюремное заключение в подвалах! Да-да. А если кража совершена в особо крупных размерах, то и применение более крутых мер не исключено. Вплоть до повешения! Нет-нет, леди, вас это не касается, не переживайте. Дам в Западной Марке вешать не принято, мы прогрессивное королевство. Дам у нас обезглавливают. Это, согласитесь, способ, более подходящий для умерщвления представительниц прекрасного пола. Хотя бы даже из эстетических соображений. Удавленники выглядят крайне неприглядно.
— Да, бесспорно, — донесся до меня, почти подошедшего ко входу в комнату, девичий голос. — Благодарю вас!
Он показался мне знакомым. Нет, все девичьи голоса чем-то похожи, особенно в подземельях, но этот… Я точно его знаю.
