— Правильно, — поднял голову с рук Гунтер. — У папеньки тоже все время шуты были. Помню, тогда в замок его друзья приехали, они вроде как сначала попили, поели, попели, а потом загрустили. И тишина такая в пиршественной зале настала, все молчат, друг на друга смотрят. И тут шут взял и про короля пошутил!
— И чего? — заинтересованно спросил кениг.
— Да ничего, — снова положил голову на руки Гунтер. — Все очень смеялись, а труп шута закопали во рву, за замком.
— Не буду я шутом, ну вас в задницу всех, — подал голос угол.
— Все-таки как разболтался народ, — посетовал кениг. — Надо, надо пару-тройку казней провести, а то сначала неповиновение, потом свобода слова, а потом чего?
— Демократия, перестройка и гласность, — хмуро предсказал я. — Гунтер, мы идем? Уже утро, солнце встало, по листам затрепетало и все такое. Теряем время.
— Да-да, лэрд, идем, конечно. — Гунтер резко поднялся на ноги и слегка пошатнулся.
— Ты давай не скачи так, рыцарь, — посоветовал кениг. — Похмелье — штука тонкая, к нему привычка нужна.
— Кениг, ты нам свитками портала грозился и еще человечка дать хотел.
— Да? — удивился кениг. — Правда?
— Было такое, — вякнул угол и заворочался. — Я сам слышал.
— Нет, ну как осмелел, а? — нахмурился кениг. — Вот что, ребята, свитки я вам дам, и Свена Селедку тоже. Но вот этого тоже с собой забирайте.
— Чего? — Я прямо оторопел. — Да он-то нам на кой?
— А мне он на кой? — вызверился Харальд. — Ты его сюда припер, ты его с собой и забирай!
— Я его обратно отведу, если уж на то пошло, — упер руки в бока я.
— Так его два раза вчера обратно уволакивали уже! — в голос заорал кениг. — Он обратно приползает! Так что забирайте. В крайнем случае оставите его где-нибудь там, куда идете, да и все.
— Ну елки! — взмахнул я руками.
Хорошая у меня подбирается компания для путешествия. Рыцарь-идеалист, наемник из морских королей, проще говоря — морской разбойник, и туалетный служитель — алкоголик и правдолюб. Мечта, а не команда. Бедный я…
Кениг проявил к нам большое уважение, встал и подошел к двери, по дороге громко выкрикивая имена тех, кто должен немедленно к нему явиться. Я же подошел к Гунтеру.
— Ты как? В норме? — участливо спросил у него я. Мне его состояние небезразлично, кто знает, что нас ждет там, за тридевять земель.
— Да, все в порядке, — ответил фон Рихтер. — Сейчас придет наемник, поговорим с ним, и мне надо будет сходить в миссию.
— Зачем? — удивился я. — Чего ты там забыл?
— Своего коня. Как я без него?
— Господи. Конь-то тебе зачем? — Последние десять минут явно не задались. Теперь еще и конь.
— Я рыцарь. Я не могу без коня. И Герцог грустить по мне будет, — кротко произнес Гунтер.
— Кстати, о конях. Скажи мне, каким образом мы по бургам будем объезд делать, при таких-то расстояниях? Этак мы месяц будем по равнинам мотаться, — затронул я животрепещущую для меня тему.
Гунтер замялся.
— Вообще у меня тоже есть свитки перемещений, — наконец выдавил из себя он.
— Ну и прекрасно. Ты ведь во всех бургах был?
— Нет. В двух не был. Но дело даже не в этом… — Фон Рихтеру было явно не по себе.
— Елки-палки, Гунтер, не тяни кота за хвост. — Я уже не знал, что и думать.
— Просто свитки… Они подотчетные.
— И?
— Мне за них надо будет отчитываться перед братом Юром. Он в ордене строгой отчетностью ведает и книги денежные ведет, и другие всякие, по учету материальных ценностей. Там за каждый свиток столько потом пергаментов писать надо будет, целесообразность использования обосновывать и соответствующие бумаги прикладывать. Это так утомительно и так долго.
Я не знал — то ли смеяться, то ли плакать. И еще мне было жалко отважного парня, который пасовал перед адской силой бухгалтерии. Черт с ним, с золотом, еще заработаю.
— Любезный фон Рихтер, поверь, мне понятно, что ты имеешь в виду, — начал я успокаивать бедолагу. — И у меня есть предложение. Я не беден и готов предоставить достаточное количество денег для покупки свитков. Может быть, когда ты пойдешь за конем, ты купишь их нам?
— Это неправильно, — насупился фон Рихтер. — И нечестно. Это же ты оказываешь услугу мне, и в моем лице ордену, а не наоборот.
— Слушай, Гунтер, все, оставь ты этот разговор. Мы не знаем, что там будет. У тебя сколько свитков?
— Шесть.
— А бургов нам надо объехать семь да еще обратно вернуться. Вот и все. Купи вон еще восемь свитков и все. На тебе денежку, и идем с наемником знакомиться.
В залу вошел один из морских королей, могучий, волосатый, в кожаной жилетке, обнажавшей мощный торс с многочисленными татуировками (особенно хороша была татуировка на животе. Она изображала русалку с донельзя наглым взглядом, держащую в руках концы якорных цепей, начало же этих цепей скрывалось под ремнем воина. Надпись над хвостатой девой гласила: "Эх, потянем, да и вытянем").
— Так, Селедка, пойдешь с этими двумя. — Кениг ткнул кружкой в нашем направлении.
Свен окинул нас взглядом и кивнул.
— Тремя, — уточнил угол.
— А, да. Тремя, — поправился кениг.
— Только проводить или? — Воин вопросительно посмотрел на кенига.
