– Устал, – вздохнул мужчина, – так устал, что не пойду сегодня на вечернюю трапезу в гинекей. Потому прошу, дитя, сходи к своей госпоже и извинись за меня, потом загляни на кухню и прихвати немного еды, не нужно никаких разносолов… Немного сыра, хлеб и небольшой кувшин вина… Этого будет достаточно.
– Я полечу быстрей стрелы, господин!
– Вот и хорошо, когда вернёшься поговорим.
Она не стала тратить время на обувание, выскочила из господских покоев и побежала к гинекею. Босые ступни легко касались, остывших с приходом ночи, плиток террасы.
Федра ничего не сказала узнав, что Идоменей решил отужинать в одиночестве, но настояла на том, чтобы Хиона взяла с собой в андрон свежесваренных колбасок и сушёных фруктов. Когда с корзиной полной снеди Хиона вернулась к своему господину, то застала его сидящем в кресле с закрытыми глазами. Девушка, вновь почувствовала вину за то, что решилась побеспокоить господина в столь неудачное время. Все дни, с рассвета до наступления темноты, Идоменей проводил у хранилища, занимаясь распределением зерна между пострадавшими от непогоды земледельцами. Верный Гектор ни на шаг не отходил от своего господина, слуга взял на себя обязанности писца и счетовода, к вечеру бедный старик так выматывался, что не мог дойти до верхнего Тритейлиона, и потому оставался ночевать в посёлке рабов, у Метиды.
– Благодарю тебя, Хиона, – Идоменей открыл глаза едва рабыня закончила накрывать стол.
Мужчина взял с блюда ломтик сыра, прежде чем отправить его в рот произнёс:
– Говори, что там у тебя? Опять Галена слишком строга с тобой?
– Нет, господин, Галена давно отступилась от меня, считает, что я неисправима, – сказала девушка, присаживаясь на низкую скамеечку, что стояла рядом с креслом хозяина андрона.
– Что же тогда? Запуталась в многомудрых рассуждениях наших философов?
– Нет, – девушка печально покачала головой, – я не хочу покидать вас, госпожу и Тритейлион!
– Кто же тебя гонит из Тритейлиона, дитя? – удивился Идоменей.
– Но, разве жена не должна следовать за мужем?
– Ничего не понимаю… Чья жена? За чьим мужем?
– Разве вы не знаете, господин? Нисифор…
– Ах, вот ты о чём… Твоя госпожа рассказала, что управляющий хочет жениться на тебе?
– Нет, господин, она ничего не говорила мне об этом. Клития, моя подруга, слышала разговор нашей госпожи с Нисифором и передала мне его…
Идоменей отпил из килика вина и задумчиво проговорил:
– Нисифор – очень славный мужчина. Не часто встречаются люди, обладающие столькими талантами. Он многого добился в жизни и верю, что сможет добиться ещё больше, потому я и даровал ему свободу. Жене будет спокойно рядом с таким мужем.
– Да, – согласилась Хиона, – я слышала о Нисифоре много хорошего. Я знаю, что вы не выбрали бы для меня плохого мужа, господин. Ещё знаю, что даже дочерям не позволительно противиться воле родителей, а я… я всего лишь рабыня…
Тут слёзы хлынули из глаз девушки и Идоменей, поспешно поставив килик на стол, склонился к ней.
– Что тобой, дитя? Почему ты плачешь? – с тревогой спросил мужчина.
Но рабыня только покачала головой не в силах справиться с рыданиями. Идоменей провёл рукой по светлым кудряшкам девушки, а затем осторожно взял её за подбородок и заглянул в лицо. Хиона не посмела поднять глаза на своего господина.
– Ты не хочешь замуж за Нисифора, – наконец догадался Идоменей.
В ответ девушка замотала головой.
– Вот, возьми, – Идоменей протянул рабыне чашу с водой, – выпей и успокойся.
Идоменей наблюдал как Хиона приводит себя в порядок, промокает глаза салфеткой, пьёт мелкими глотками воду. Носик и щёки у девушки слегка порозовели. Рабыня осторожно посмотрела на своего господина: «Не рассердился ли на неё за непослушание?»
– Я не давал согласия на этот брак…
– Не давали?
Идоменей заметил, как девушка воспрянула, услышав его слова, слабая, неуверенная улыбка тронула её губы.
– Но, Нисифор сегодня сказал…
– Он нетерпелив, как все влюблённые.
– Значит я остаюсь в Тритейлионе, господин? С вами и с госпожой! – лицо рабыни сияло.
– Совсем недавно ты хотела покинуть его…
– Когда же? – Хиона с недоумением посмотрела на мужчину.
– Разве не ты просилась со мной в Ольвию?
– Ну это совсем другое, господин! Я знала, что вернусь обратно!
– Ты привязалась к нашему поместью, девочка…
– Если бы вы знали, господин… Хотите я расскажу вам? Вы не устали слушать меня? – девушка с нежностью заглянула в глаза Идоменея.
– Говори.
