Марьяна выскочила на улицу и отбежала в сторону. Мы были за городом, еще не доехали до нашего массива. Здесь был огромный овраг с густо растущим лесом, именно из-за этого природного ландшафта приходилось каждый раз делать огромный крюк из города домой, объезжать его и терять на дорогу минут десять. Я поспешил за девушкой, волнуясь за нее. Не хватало еще бегать за ней там, где даже волки гадить боятся.
Марьяна остановилась на самом краю оврага и, обхватив себя руками, затряслась.
— Хэй, — осторожно позвал я, подходя ближе. — Ты как? Тебе снова плохо?
Я подал девушке бутылочку воды, которую прихватил с собой из дома Власовых.
— Прости, — она помотала головой, растирая свои руки, согревая себя. — Кошмар приснился. Я в нем как-раз в машине ехала. Мне часто снится такое…
Боль, звучавшая в ее голосе, передалась и мне и поползла по коже, словно слабая трещина по стене. Я снял с себя легкую джинсовку и накинул ей на плечи. Марьяна вздрогнула от этого прикосновения.
— Извини, — я не знал за что именно просил прощения, как и в целом, понятия не имел, что делать: позвать ее обратно в машину или дать ей возможность побыть здесь?
В итоге я просто встал рядом с ней, сложив руки в карманы брюк, и пялился вперед, на макушки деревьев.
— Поговаривают, что в лесу видели дикого кабана, — не знаю зачем я это сказал, наверное, просто хотел заполнить тишину отупляющей болтовней.
— Ты что, боишься?
— Нет, — я пожал плечами, — просто не хотелось бы закончить, как Роберт Баратеон.
— Зачёт за сериальчик, — кажется, я услышал, как она тихо усмехнулась. «Вау, я заставил ее улыбнуться!» — я мысленно похлопал себя по плечу. — Но бояться надо не животных. Бояться надо людей. Они могут делать вещи, пострашнее самого опасного зверя…
— Мне жаль.
«Что тебе пришлось в таком возрасте столкнуться с истиной этих слов» — договорил я про себя.
— О чем ты жалеешь, фэбээровец? — каждый ее легкий смешок — как бальзам на душу.
Марьяна положила голову мне на плечо, отчего я сначала напрягся, но приняв этот жест, как знак ее доверия, расплылся в довольной гримасе. Насколько позволяла моя разбитая губа.
— Жалеешь, что столкнулся со мной в ванной? Уверена, что у тебя были другие планы на эту вечеринку.
— Не было особо планов.
— Ага, как же! Знаменитый Фиб! Девчонки, небось, текут от одного твоего имени.
— Эм, не то, чтобы я проверял…
— Только не говори, что пришел на вечеринку просто посмотреть! — хмыкнула девушка.
— Меня уговорили пойти, — я вспомнил щенячий взгляд брата, который был убежден, что мне позарез нужно лишиться сегодня девственности, найти легкодоступную девушку с опытом и…
Я согласился пойти, но не за этим, а просто чтобы брат перестал меня донимать своим «хорошим предчувствием».
— А знаешь, я хотела с кем-то перепихнуться сегодня, — призналась Марьяна. — Но у пива и еще каких-то коктейлей во мне были другие планы.
— Ты лучше не злоупотребляй, ты худая и мелкая, такую девчонку может и с бокала срубить.
— Ты сексист, — притворно насупилась она.
— Ну а что? То, что было в тебе сегодня, точнее его количество, меня бы вообще убило! — улыбнулся я, поймав себя на том, что мне понравилось ее подначивать.
— Не верю. Ты же вон какой: высокий и… — она повернулась ко мне лицом и пощупала мои руки и плечи. — Ого и крепкий!
За нами мерцали огни ночного города, трасса пустая, а впереди простирался широченный овраг, честно говоря, не вызывающий ничего кроме мурашек. Никогда не думал, что застряну тут наедине с девушкой, которая при этом начнёт меня щупать и рассматривать коварно и оценивающе.
Что-то случилось сегодня с моими соседками. На вечеринке, от которой я был вообще не в восторге, Аня Сорокина ни с того ни с сего вызвалась обработать мою губу. Я и глазом не успел моргнуть, как оказался в ванной со спущенными штанами. Не знал, что симпатичная старшекурсница из дома напротив окажется больной нимфоманкой. Мне пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы надеть штаны обратно и вежливо объяснить ей почему добровольно отказываюсь от минета. Это было довольно сложно, потому что я и сам толком не понял этих причин.
И вот теперь вторая соседка смотрит на меня с откровенным интересом. Егор был прав на счет моего сегодняшнего «фарта».
— У тебя что-то вроде внутренней истерики, фэбээровец? — она подняла руки вверх, извиняясь, и как будто бы снимая с себя ответственность за мой ступор. — Ты очень симпатичный. Я просто дала фантазии развиться, чтобы заглянуть куда она меня приведет.
— Типа, как Доктор Стрэндж?
— О, точно! Обожаю его! Мой любимый Мститель. А у тебя?
— Эм, не знаю. Халк.
— Он же ботаник! — она осеклась и зыркнула на меня не без тени смущения. — Ой, ну да, теперь я понимаю. Да, классный персонаж.
— Не щади меня.
Я не мог удержаться от улыбки. С ней было весело, она оказывается может не только грустить перед пустым мольбертом на балконе. Хотя, откуда мне знать, другой-то Марьяны я и не видел.
