— Ждите, — столь же бесстрастно произнес он и скрылся в смежной комнате. Я же подалась вперед и осторожно оперлась об стол: наше стремительное путешествие несколько утомило меня. Голова вновь закружилась, к горлу подкатил ком, но я лишь стиснула зубы: отступать я не собиралась. Даже несмотря на тяжелые, оценивающие взгляды и на тихие перешептывания. А, возможно, именно из-за них: я была в этом мире чужой, нежданной и уж тем более нежеланной, и мне хотелось поскорее избавиться от этого гнета. А их — от своего присутствия.
— Повелитель не может вас сегодня принять, — объявил вышедший через несколько минут демон.
— А когда сможет? — я вопросительно взглянула на молодого мужчину, но тот лишь пожал плечами и, почитав, что полностью выполнил свой долг и я больше не достойна его внимания, обернулся высокому рыжеволосому демону:
— Эрран, Повелитель вас ждет.
Мне же не оставалось ничего другого, как покинуть приемную. Правда для себя я твердо решила, что вернусь еще завтра. И послезавтра, если потребуется. Но стоило лишь отойти несколько шагов от двери, как перед глазами все поплыло, и я поняла, что падаю. Попыталась схватиться за что-нибудь, но лишь обессиленно царапнула стену. Последнее, что я увидела, прежде чем потеряла сознание — это кинувшихся ко мне Линэль и одного из демонов, что я видела в приемной.
Все-таки, как ни наивно было с моей стороны надеяться на обратное, однако пребывание в подземелье у Марики не прошло для меня даром: к головокружению и легкой тошноте добавилась еще и режущая боль внизу живота.
Сначала я подумала, что это остатки светлой магии, которую когда-то отдал мне Руан — уж больно ощущения были похожие, однако быстро отказалась от этой идеи — хоть во мне и остался чужеродный мне свет, но он затаился чуть заметной искоркой, неспособной причинить такую боль. Более того, я почему-то была уверена, что эта искорка скорее пытается облегчить страдания — ведь она едва заметно пульсировала ровно там, где режущими лентам вертелась боль.
К вечеру же, встревожив меня еще сильнее, добавилось кровотечение. Обычное, как мне показалось, женское, но отчего-то так не вовремя пришедшее. Линэль, как раз зашедшая узнать о самочувствии и принесшая ужин, тут же отправила одну из служанок за целителем. Однако немолодой демон, чем-то неуловимо похожий на университетского целителя эрда Мисмира — то ли цепким, внимательным взглядом, то ли мягким, располагающим к себе голосом, то ли точными, скупыми движениями, — лишь покачал головой, не зная как подступиться к темной. И, выписав кое-какие укрепляющие травы, посоветовал больше отдыхать.
Я бы, наверное, махнула бы рукой на эти рекомендации, но после того, как второй раз едва не упала в обморок, все же вынужденно сочла нужным последовать совету лекаря. Тем более что и на следующий день мне отказали в аудиенции все по той же причине — владыка демонов был чем-то сильно занят.
В итоге мне не оставалось ничего другого, как пить горькие травы и отдыхать. Благо, что хоть в дворцовой библиотеке нашлись кое-какие книги на нашем языке. Так что дни, хоть и тянулись бесконечно долго, но были заполнены хоть чем-то, чего нельзя было сказать про ночи. Спала я отвратительно. И вовсе не из-за плохого самочувствия. Первые ночи просыпалась и подскакивала от каждого шороха: все где-то в глубине души надеялась, что это вновь пришел Руан. Пришел, несмотря на то, что я его прогнала. Но нет, больше молодой мужчина не появлялся. То ли последовал моей просьбе, то ли тогда вовсе приходил, что бы сказать, что сожалеет, что все так получилось и что нам не стоит быть вместе.
А я же, сколько ни пыталась убедить себя в правильности своего решения, но все никак не могла вытравить горечь из души. И оттого почти полночи проводила, сидя на подоконнике и бездумно глядя на чужое ночное небо, на чужие луны — красную и белую. Линэль как-то сказала, что их на самом деле три — есть еще и черная, но ее почти никогда не видно. И я вглядывалась в небо, пытаясь найти ее. Или пыталась уверить себя, что именно за этим смотрю на небо, а не потому что, как малолетняя девица, впервые познавшая любовь, сижу и тоскую, украдкой стирая слезы со щек.
Эти дни и ночи мне дались очень тяжело. Без поддержки, без возможности отвлечься я раз за разом прокручивала в голове разговоры и события, прикосновения и взгляды. Пыталась уйти от этих дум, но вновь и вновь возвращалась. Начинала размышлять об одном, но стоило лишь чуть-чуть расслабиться, как мысли вновь возвращались к Эрударену.
Если бы меня спросили, где мне было лучше — в плену у Марики или здесь, я бы без всяких сомнений выбрала бы Марику. Там была хоть какая-то надежда, хоть что-то. Сейчас же — нет. Сейчас ни осталось ничего.
Поэтому, когда на седьмой день этой пытки Линэль сообщила, что Повелитель готов меня принять, я собралась буквально за пять минут. И по коридору шла едва ли не впереди демонессы.
