Леонард повернулся и посмотрел на меня долгим, пристальным взглядом. Не знаю, что уж он там разглядел на моём лице, но зловещий огонь в его глазах тут же погас, оставив после себя лишь слабо тлеющие угли.
В этот момент в кармане моих джинс зазвонил телефон.
– Прости, – смутившись, проговорила я, вытаскивая сотовый. На дисплее высветилось имя нашего бравого участкового.
– Женя, ты сейчас где? – стоило мне только принять вызов, сразу же раздался в динамике взволнованный голос Семёна.
– Мы с Николаем у него дома, – растеряно ответила я. – А что?
– Помнишь мальчишку, который вместе с двумя подружками устроил гадание в бане Анны Степановны?
– Помню, – подтвердила я.
– Он пропал, – в голосе Семёна слышались металлические нотки. – С утра ушёл, как обычно, гулять, и как сквозь землю провалился. Я вместе с местными сейчас прочёсываю округу.
– Нужна помощь?
– Не твоя.
Ответ друга серьёзно озадачил меня.
– Если тебе не нужна моя помощь, зачем ты тогда звонишь?
– Пропавший мальчик – Алексей, – внук Семёновны.
– Той крикливой бабы, устроившей бунт под калиткой бабушки?
– Той самой.
По моей спине пробежал неприятный холодок. Судорожно сглотнув, я спросила враз охрипшим голосом:
– Они думают, что мы с бабушкой причастны к его исчезновению?
Уточнять, кто именно эти таинственные “они” не было нужды. В динамике раздался тяжёлый вздох.
– Именно так они и думают, – после короткой паузы подтвердил мои опасения Семён. – Я вызвал поисково-спасательный отряд, но, сама понимаешь, пока они приедут, пока прочешут округу… В общем, тебе лучше прямо сейчас взять в охапку Анну Степановну и уехать в город. Хотя бы на некоторое время.
– Хорошо, я так и сделаю.
Завершив вызов, я подняла на Леонарда встревоженный взгляд.
– Ты хочешь что-то сказать? – слегка наклонив голову на бок, спросил он каким-то странным, бесцветным голосом.
– Ты имеешь какое-то отношение к исчезновению мальчика? – я не стала ходить вокруг да около и прямо задала волнующий меня вопрос.
– Нет, – последовал лаконичный ответ.
Я коротко кивнула, принимая такой ответ.
– И ты мне вот так поверишь? – Леонард продолжал буравить меня пристальным взглядом. Я видела, как на дне его глаз отражается целый калейдоскоп эмоций, интерпретировать которые я была не в состоянии.
– Почему нет? У меня нет повода сомневаться в твоей искренности.
– Тот факт, что я – демон, уже является весомым поводом не верить ни единому моему слову.
– Только не для меня, – уверенно заявила я. – Обманешь меня хоть раз, и я начну ставить под сомнение все последующие твои слова. Пока же этого не произошло, я буду безоговорочно тебе доверять.
Обувшись и накинув на плечи лёгкую ветровку, я стремительно покинула дом, собираясь в кротчайшие сроки добраться до бабушки и увезти её в город, пока у местных мозги не встанут на место.
Однако торопилась я напрасно. Не успела я выйти на крыльцо, как услышала гомон разъярённой толпы, явно двигающейся в сторону бывшего ведьминого дома. Несмотря на патовость ситуации, меня с головой накрыло облегчение: похоже, в этот раз линчевать будут именно меня, а не бабушку. Что ж, это даже к лучшему.
Сзади раздался негромкий скрип открывающейся двери, и на крыльцо вышел Леонард, уже успевший принять человеческий облик. В руке демон держал тяжёлую железную кочергу, а миловидное лицо Николая застыло в холодной, непроницаемой маске.
Калитка, не запертая на замок, резко распахнулась, с оглушительным грохотом ударившись о забор, и во двор вошло около десятка человек под предводительством уже знакомой мне крикливой старушки в стёганной телогрейке.
– Куда ты дела моего внука, ведьмино отродье?!! – закричала Семёновна, вместе со своими спутниками замерев точно посередине двора, по какой-то необъяснимой причине не пытаясь подойти ко мне вплотную. Возможно, причиной тому был Николай, неподвижной статуей замерший по правую руку от меня, всем своим видом демонстрируя готовность вступить в драку, если того потребуют обстоятельства. – Отвечай!
– Никуда я вашего внука не девала, – спокойно проговорила я, насторожено разглядывая разгневанные лица деревенских, пытаясь оценить, насколько серьёзно они настроены. Вил, лопат или хотя бы ломов в их руках я не заметила – и то, как говорится, хлеб. Впрочем, с такой толпой даже в случае обычного мордобоя мне не поздоровится.
– Лжёшь! Это ты его украла, больше некому!
– Да неужели? – Николай даже не пытался скрыть скепсиса в своём голосе. – Хотите сказать, до этого ребёнок ни разу не сбегал? Не уходил из дома на целый день, не ставя вас в известность, куда и с кем пошёл?
