Дыхание Янхэя участилось. Пламя вокруг нас вспыхнуло ярче, оно не обжигало — оно танцевало, переливаясь алыми и золотыми оттенками, как закат.
Его губы нашли мои, и между нами не осталось пространства и времени. Только единый ритм, ускоряющийся с каждой секундой. Только дыхание, одно на двоих. Только стихии, в которых мы растворялись и с которыми стали одним целым.
Пальцы цеплялись за одежду, волосы, каждое касание обжигало, но ни один из нас не хотел останавливаться.
Мы дышали друг другом. Огонь стал водой, а вода — воздухом.
Обычная вода была не в состоянии погасить пламя Янхэя. Но моя ци ловила его и вбирала в себя. Так же, как и я — тело Тай Янхэя.
Потоки силы, огня и воды слились воедино. Короткие, жадные движения сменялись длинными и плавными, заставляя стихии следовать нашему ритму.
В этот вечер я умудрилась утонуть и воскреснуть одновременно.
Пришла в себя от яркого света, резавшего в глаза.
Я и забыла, что поменяла все занавески в комнатах. И теперь в покоях Янхэя почти всегда было светло. Бумажные шторы не закрывали свет, а белые фонарики делали комнату больше.
Янхэй сидел рядом со мной, опершись спиной на стену кровати и прикрыв глаза.
Я усмехнулась. Такое уже было, в самый первый день, когда он принёс меня в замок.
Теперь я бесстрашно потянулась к нему и поцеловала в тонкие упрямые губы.
Мой злодей открыл глаза.
Тёмно-карие, спокойные и вполне человеческие. Ни капли огня.
— Ты жива, — констатировал очевидный факт Тай Янхэй. Он обхватил моё лицо руками и с жадностью осмотрел.
— Частично, — я покраснела.
Тело ломило, будто я всю ночь поднималась по небесной лестнице с отягощением. Но это была приятная боль.
— Ты должна была умереть, — безапелляционно заявил Янхэй, будто ему обидно было из-за моей несостоявшейся смерти.
Я встала на кровати, демонстрируя прекрасную фигурку Ланфен, и даже не подумала прикрыться. Сложила руки на груди, подчёркивая алые следы поцелуев, и заявила:
— Не дождёшься.
— Но моё проклятье… — как-то даже обиженно пробормотал злодей.
— То есть до этого ты всех сжигал? — я нахмурилась.
Этого не было в дораме. Да что там, там даже поцелуев не было и аппетитной задницы главного злодея тоже не было. А на ней, между прочим, вообще нет ожогов. И она безумно красивая.
Янхэй сглотнул, его взгляд пронизывал меня, он искал ожоги и не находил. У меня даже волосы не опалились. Но вот кровать вся была мокрой. На полу валялся разорванный шёлк, даже ткань в алькове была сорвана.
Кажется, я уснула в купальне, в спальню меня, видимо, перенёс Янхэй.
— Ланфен, ты должна была сгореть, — упрямо заявил он.
— Видимо, на меня проклятья не действуют. — Я пожала плечами. — И, скорее всего, это было самовнушение. Ты боялся, что тебя увидят без одежды, и твой огонь выходил из-под контроля.
Янхэй тут же дёрнул меня за руку вниз, усаживая на кровати и прижимая к себе. Он, к сожалению, был уже одет в своё чёрное ханьфу, и ткань оцарапала мне кожу.
— Мои шрамы не имеют к проклятью никакого отношения, — прошипел он мне в волосы. Его дыхание щекотало затылок. Он оказался сразу со всех сторон, заключив меня в кокон объятий.
Я обняла его свободной рукой и поцеловала в подбородок. До губ не дотянулась, слишком сильно он меня сдавил.
— Можем попробовать ещё раз. Вдруг всё-таки получится меня сжечь, — предложила я. А на недовольную гримасу Янхэя добавила: — Но для истории: мне очень понравилась. И я хочу ещё. Поэтому, пожалуйста, повремени с моим сжиганием. Надеюсь, мы договоримся. И да, тело у тебя потрясающее. — Я не удержалась и укусила злодея за шею.
Янхэй оттянул меня за волосы назад, чтобы я посмотрела на него. Контраст его ханьфу и моего тела был слишком ярким. Мои ладони прикоснулись к его груди, теплой даже через ткань.
— Ты же точно не знала мужчин, — пробормотал он ошарашенно. — Откуда такая похотливость?
Я усмехнулась. Ладно, лучше обсуждать мою испорченность, чем его раны. Возможно, позже он впустит меня в своё сердце. И тогда-то я устрою ему психологический ликбез. Я столько роликов на эту просмотрела!
Чтоб этих сценаристов катком сюжета задавило, напридумывали бедному злодею испытаний! Сволочи! Подонки!
— Я всегда только твоя, Тай Янхэй, — произнесла я томно. Хотя еще одной такой ночи моё тело могло не выдержать. Мне бы массажик или полежать ровненько.
Злодей не оттолкнул, он изучал меня, а его глаза были тёплого карего цвета. Неожиданного и непривычного. Но спокойного и мягкого.
Янхэй наклонился и медленно меня поцеловал. Нежно, будто боясь, что я рассыплюсь на кусочки.
— Я постараюсь не обжечь тебя. — пообещал Янхэй, с нежностью и волнением непривычными для него.
— Но я хочу гореть вместе с тобой. — Даже обидно стало, неужели он ещё не понял, что я полностью, от кончиков пальцев до ресниц принадлежу ему?
Но Янхэй перекрыл моё возмущение поцелуем.
Его руки переместились на талию и поползли ниже.
И в дверь постучали.
