– Просто у нее такая манера. Мне кажется, я ее самая лучшая подруга.
– А-а… – протянула Рен.
Она выглядела несчастной и промокшей. Кэт и не знала, что еще сказать.
– А ты моя самая лучшая подруга, – с неловкостью проговорила она. – Моя половинка. Навсегда.
– Да… – кивнула Рен. – Нет, все в порядке. Могла и догадаться, что вы снова будете жить вместе.
Она пошла дальше, и Кэт, последовав за ней, поинтересовалась:
– А что с Кортни?
– Она переезжает в дом «Дельта Гаммы».
– Ясно. Я забыла, что она вступила в сестринство.
– Но я спросила тебя не поэтому, – сказала Рен, будто считала это важным.
– Переезжай в Паунд. Будешь жить на нашем этаже, я серьезно.
Рен улыбнулась и расправила плечи, обретая прежнюю уверенность.
– Ага, отличная мысль! – воскликнула она. – Почему бы и нет? Ближе к учебным корпусам.
И тогда Кэт прыгнула в следующую огромную лужу, обрызгав Рен до талии. Сестра завизжала – это того стоило, а ноги у Кэт и так уже давно промокли.
– Во имя Морган, Саймон, не спеши. – Пенелопа выставила руку у него перед грудью и окинула взглядом причудливо освещенный двор. – Можно поискать и другой способ, чтобы пройти сквозь горящие врата.
Кэт печатала уже четыре часа. Когда она услышала стук в дверь, ей показалось, будто она стоит на дне озера и поднимает голову к солнцу.
Пришел Ливай.
– Привет, – сказала она, надевая очки. – Почему не прислал эсэмэску? Я бы спустилась.
– Прислал, – сказал он, целуя ее в лоб.
Ливай вынул из ее кармана телефон. Она пропустила два сообщения и звонок. Звук на мобильнике был выключен.
– Прости, – тряхнула она головой. – Дай мне пару минут собраться.
Ливай плюхнулся на кровать, наблюдая за Кэт. Он прислонился к стене, тем самым вызвав прилив воспоминаний и наполнив Кэт нескончаемой нежностью. Ей захотелось забраться на кровать и покрыть его лицо поцелуями.
Парень расплылся в довольной улыбке и обнял Кэт своими длинными руками.
– Тебе много еще?
– Ага, – ответила она, потеревшись о его лицо подбородком. – Впереди еще много-много миль, прежде чем я лягу спать.
– Ты уже показала что-нибудь своей преподавательнице?
Кэт в это время покусывала подбородок Ливая, но, услышав вопрос, отстранилась и посмотрела на следы от зубов.
– О чем ты?
– Ты сдаешь свой рассказ по отрывкам или пишешь всю историю целиком?
– Я… я работаю над «Так держать!».
– Это я знаю, – сказал Ливай, улыбаясь и приглаживая волосы Кэт ладонью. – Я говорю о твоем проекте по литературному мастерству. Хочу, чтобы ты прочла мне его, перед тем как сдашь.
Кэт выпрямилась. Ливай не убрал рук с ее головы и бедра.
– Я… я не буду этого делать, – сказала она.
– Не хочешь читать мне? Слишком личное?
– Нет. Я просто… просто не буду его делать.
Улыбка Ливая померкла. Он все еще не понял.
– Я не буду писать этот рассказ, – объяснила Кэт. – Не стоило обещать, это ошибка.
Ливай крепче сжал ее:
– Нет, это не ошибка. О чем ты? Ты еще не начинала?
Кэт выпрямила спину, слезая с кровати и убирая в сумку ноутбук.
– Я ошиблась, говоря профессору, что сделаю это. Я не могу. У меня нет ни одной идеи, слишком много всего навалилось. Я даже не уверена, что закончу «Так держать!».
– Конечно закончишь.
Кэт сердито посмотрела на Ливая и сказала:
– Осталось всего девять дней.
Ливай по-прежнему выглядел растерянным. И может, даже слегка обиженным.
– Осталось двенадцать дней до конца семестра, – напомнил он. – И около четырнадцати до того, как я уеду в Арнольд, но, насколько мне известно, у тебя есть вся жизнь, чтобы закончить «Так держать!».
Кэт почувствовала, что напряглась.
– Ты не понимаешь, – сказала она. – Ничего не понимаешь.
– Так объясни.
– «Саймон Сноу и Восьмой Танец» выйдет через девять дней!
– И что? – пожал плечами Ливай.
– Я работала два года, чтобы успеть к этому моменту.
– Чтобы закончить «Так держать!»?
– Да. Мне нужно закончить раньше, чем выйдет книга.
– Почему? У тебя пари с Джеммой Лесли, кто прибежит первой?
Кэт затолкала шнур в сумку:
– Ты не понимаешь.
Ливай тяжело вздохнул и провел пятерней по волосам:
– Ты права. Не понимаю.
Руки Кэт тряслись, когда она надевала трикотажный пиджак из толстой пряжи, отделанный овечьей шерстью.
– Я не понимаю, как ты можешь забить на этот предмет дважды! – взволнованно сказал Ливай и нахмурился. – Мне приходится воевать за каждую оценку. По большинству предметов я бы руками и ногами ухватился за второй шанс. А ты просто убегаешь, потому что не в настроении выполнять это задание, потому что у тебя этот странный дедлайн и, кроме него, ты ничего не видишь.
– Я не хочу об этом говорить, – сказала Кэт.
– Ты вообще не хочешь говорить.
– Ты прав. Сейчас у меня нет времени, чтобы спорить с тобой.
Произносить этого не стоило. Ливай посмотрел на нее так, словно его ударили.
