— Еще при Телуриане налоги достигли угрожающих высот. Искровые стройки требовали больших средств, владыка добывал их всеми способами. В годы власти Адриана ситуация накалилась. Налоговая реформа Минервы принесла послабление: оплата налогов через банки устранила произвол сборщиков подати, отчего людям стало легче. Но сама процентная ставка налога осталась прежней, просто теперь ее не выбивают кулаками и не берут лишнего. Таким образом, если новый император повысит налоги, то они достигнут наивысшего значения за всю историю. Вкупе с крахом бумажных денег, это точно приведет к бунту.
Эрвин позволил себе улыбнуться:
— Полагаю, капитул не станет голосовать за Адриана.
— Милорд, мы находимся в трудном положении. Церковь влияет на народ, но и народ влияет на Церковь. Тысячи людей в Фаунтерре день и ночь славят Адриана. Духовенство не может игнорировать прихожан.
Эрвин склонился перед нею:
— Чем я могу помочь святой Церкви?
Про себя он порадовался тому, что разговор, наконец, достиг полной прямоты.
— Идеальным вариантом, милорд, было бы снижение налогов. Положение людей облегчится, обстановка разрядится. Кроме того, имея больше денег, люди смогут больше жертвовать в храмах. Но если вы пообещаете, став императором, снизить сборы, — я не поверю вам. На службе капитула есть финансисты, они предоставили расчеты. При имеющихся затратах на армию и двор, никакой владыка не сможет сократить налоги. В лучшем случае они останутся на прежнем уровне, в худшем — вырастут.
— Клянусь Светлой Агатой: я не стану повышать налоги. Минерва, насколько знаю, тоже не собирается.
— Этого мало, милорд. Напоминаю об инфляции бумажных денег.
Запомним: спросить Мию, что такое «инфляция».
— Значит, вы боитесь бунта даже в том случае, если налоги не вырастут?
Святая мать пристально посмотрела ему в глаза.
— Весь капитул хорошо помнит день, когда вы с Минервой развеяли восстание Подснежников. Не знаю, как вы сами оцениваете свое правление, но на наш взгляд, то было лучшее из ваших решений. Вы привели войско, готовое подавить бунтарей, а Минерва проявила милосердие. Восстание было развеяно без единой капли крови. Минерва совершила ошибку, когда не наказала главарей. Теперь они командуют бандами упомянутых молодчиков. Но в остальном, подавление бунта вышло лучшим за всю историю.
Эрвин откашлялся. Теперь он жалел, что разговор пошел напрямик. К прямому ответу на подобный вопрос Эрвин не был готов.
— Святая мать… При всем уважении, боюсь, я не могу пообещать свои батальоны для подавления бунта. Вы сами говорите, что люди измучены высокими налогами. Честь не позволит мне убивать несчастных и невиновных. Кроме того, владычица Минерва не одобрит таких действий.
Он сделал ударение на слове «владычица». Алисия качнула головой:
— Ваша преданность Минерве весьма благородна… А что сделал бы владыка Эрвин в такой ситуации?
— Не стал бы резать несчастных и невинных.
— Но убивать и не требуется, милорд. В прошлый раз хватило одного вида ваших батальонов.
— Я не могу перебросить их в Фаунтерру. Все остальные лорды воспримут это как давление на Палату. Выборы будут сорваны.
— Перебросьте их туда, откуда при необходимости легко достичь столицы. Насколько мне известно, граф Эрроубэк уже предоставлял свои земли как плацдарм для ваших войск.
— Судя по всему, святая мать, вы уже обсудили это с графом, не так ли?
— Граф передал вам самые теплые слова благодарности. Ваши кайры отвадили от его земель орду. Правда, граф опечален событиями в семье: его любимая дочь Роуз пала жертвой коварного искусителя. Сердце бедной девочки разбито…
— Премного сочувствую ей.
Мать Алисия щелкнула пальцами, помощница вложила ей в руку конверт.
— Милорд, граф Эрроубэк будет бесконечно признателен, если вы прочтете это письмо и своею рукой напишете пару слов сочувствия для Роуз.
Он вскрыл и прочел. В конверте было не одно, а два письма, а также рисунок.
Ого, — подумал Эрвин.
— Мать Алисия, мне следует обдумать…
— Конечно, милорд. Для полноты понимания, позволю себе повториться. Капитул Праматерей будет признателен, если вы станете гарантом мира как во время выборов, так и после них. Если возникнет бунт или смута, вы распугаете смутьянов видом своих войск. Если кто-либо попытается силой захватить власть, вы не позволите ему этого. В иных случаях ваши кайры останутся за пределами Земель Короны — в графстве Эрроубэк. Если займете престол, вы гарантируете сохранение прежнего уровня налогов.
— Ваши условия мудры, святая мать. С вашего позволения, повторю свои. Я не стану убивать невинных. Если владычицей изберут Минерву, я не пойду против ее воли. Мои войска не повлияют на ход выборов.
Алисия потерла ладони.
— Полагаю, капитул найдет ваши условия приемлемыми. Однако напомню еще одно: вы обязаны заключить договор со Степью. Гарантом мира не может быть тот, кто сам ведет войну.
Он откашлялся.
— На данный момент, не знаю, как это сделать. Но время еще есть. Я найду способ.
— Способ должен быть найден до моего отъезда.
— Да, святая мать.
