Хамфри невесело хмыкнул — куда мне. Софи и Мюрриэль, и вся двадцатка гордо задрала носы. Тьма сожри, их главаря приняли за истинного рыцаря! А Джонас сказал неоспоримо, как всегда:
— Он — Хамфри Один Глаз.
— Хорош, — обронил монах и отошел с дороги.
Мужчины и женщины спали в разных бараках. Холодный клоповник номер один, холодный клоповник номер два. Адриан всех наградит, когда станет владыкой.
Хамфри не жаловался: случалось спать и вовсе на голой земле. А тут хотя бы тюфяк да крыша над головой. Он лег на бок, укутался в плащ, закрыл глаза. Хамфри ненавидел сны и ночь, и вообще все, что затемно. Ночь — это как сдохнуть, а утром выползти из могилы.
Его погладили по щеке.
Открыл глаза и увидел Софи совсем близко. Немая девушка сложила губы для поцелуя.
Он качнул головой: нет.
Ее глаза стали очень большими, ее ладони легли ему на грудь.
Он погладил ее нежно, но коротко. Ты хорошая, но нет, не сейчас.
Софи прижала руку к шее. Потом убьют.
Хамфри обнял ласково, но без страсти. Я буду с тобой потом. Возможно, на Звезде. Сейчас — не время. Она всхлипнула на его плече.
Потом отскочила, утерла глаза. Виновато улыбнулась в потемках: я знаю, ты не любишь, когда плачут. Я не плакала, честно, нет-нет! Это шутка, и только!
Хамфри поцеловал ее хрупкую ладонь. Софи убежала в свой холодный клоповник. Быстрее, пока слезы не хлынули снова…
Потом Джонас толкнул его в бок:
— Идем. Хочу поссать.
Вместе вышли в то место, которое можно назвать уборной. Смердящая дыра отстояла от барака ярдов на десять, здесь они были одни, никто не слышал голосов.
— Жалко девку, — сказал Джонас.
— Она не девка, — возразил Хамфри.
— Жалко.
— Ты не болтай, а тренируйся.
Джонас пустил струю.
— Ад-ри-ан.
— Это ясно, учись дальше.
— Ад-ри-ан!
— Умеешь, не спорю. Что еще?
— Ад-ри-ан!!
Хамфри завязал тесемки штанов. Хлопнул деда по спине:
— Больно правдивый.
Джонас напрягся и произнес неверно, шатко, с вопросом:
— Ад-ри-ан… помер?
Эрвин провел самое странное совещание в своей жизни. Присутствовали Фитцджеральд, Шрам, Обри и Тревога. Поскольку все были знакомы меж собою, Тревога стала видимой и говорила вслух. Присутствие в реальном мире отнимало много сил, так что по мере беседы она утомлялась и делалась все более размытой, пока совсем не пропала из виду.
На повестке, конечно, стояла безопасность. Дикие толпы, подогреваемые молодчиками Адриана, внушали серьезную тревогу. После выборов Эрвин получит Эфес и сможет на полных правах ввести в город войска. Но до того дня желательно продержаться без потерь. Было решено следующее.
Рота Фитцджеральда максимально укрепит особняк, подготовит запас провианта и стрел — на случай возможной осады. Также будет разработан план обороны и путь для отступления.
Люди Шрама возьмут на себя рекогносцировку: разведают окрестности особняка, дорогу до здания Палаты, а также прилегающие к Палате кварталы. Нужно выявить места, пригодные для засад противника, и занять их самим, либо поставить под наблюдение. Неплохо бы осмотреть также внутренность Палаты, но это в последнюю очередь: воины остальных лордов и гвардейцы Минервы исследуют Палату вдоль и поперек.
Тревога временно поступила в распоряжение Шрама для целей разведки. Ее способность появляться где угодно представлялась весьма полезной. Тревога была покладиста и обещала помочь — покуда хватит сил на присутствия в реальности.
Наконец, Обри отвечал за безопасность леди Ионы.
Нужно отметить: каждый лорд Палаты имел право привести с собой две роты личной стражи. Вдовствующая графиня Шейланд тоже располагала гвардией в числе двухсот шестнадцати мечей, средь коих большинство были отнюдь не шейландцами, а отборными кайрами под началом Стэтхема. Но этих воинов Эрвин хотел применить для обороны здания Палаты: не ровен час, толпа попытается туда ворваться. Личную же безопасность Ионы он вверил дюжине телохранителей под началом Обри.
— Кайр, вы на особом счету у моей сестры, что дает ценные возможности. Иногда приходится защищать лорда не от врагов, а от него самого. Для этого телохранитель должен иметь известную дерзость.
Обри понял не до конца. Тревога пояснила доходчивей:
— Представь-ка ситуацию. Толпа штурмует дом, отовсюду летят камни и стрелы. Леди Мученица захочет высунуться в окно со своим Перстом — и стать подушечкой для иголок. Неправильные действия телохранителя: «Миледи, будьте так добры, отойдите от окна!» Правильные действия: сгрести в охапку и запихать в безопасное место — например, под стол. Ты это сможешь, другие постесняются.
— Ага… Так точно, приказ ясен.
Эрвин уточнил еще одну грань:
— Баронет Эмбер имеет дом примерно в трех кварталах отсюда. Сия обманчивая близость может подтолкнуть Иону к романтической прогулке. Правильные действия — строго такие же, как в прошлом случае: не уговаривать, а взять и запереть.
— Так точно, — сказал Обри.
Шрам и Фитцджеральд ничему не удивились. Тоже были в курсе, мерзавцы…
