Писать я начал в училище на первом курсе. Поручил мне как-то комбат выпуск боевого листка. Листок обычно выпускался к знаменательным датам и обязательно по субботам, а суббота в училище – парко-хозяйственный день, если короче – ПХД. Все территорию убирают, казарму до блеска вылизывают, технику чистят и смазывают, а ты сидишь себе в тёплой ленинской комнате и слагаешь разный бред. В принципе ничего сложного: следуй по колее «делу партии верны» и включай фантазию. Особенно замполиты любили латинский девиз per aspera ad astra – «через тернии к звёздам». Он лейтмотивом должен проходить через любую статейку и служить агитационно-воспитательным инструментом для личного состава в любом подразделении. Рядовой или курсант, к примеру, Пупкин поначалу с трудом переносил тяготы и лишения армейской жизни, но вдруг нашёлся старший товарищ, или добрый дядя, обязательно комсомолец, который вовремя помог, правильно подсказал, протянул руку, подставил твёрдое плечо, в общем, направил на путь истинный. И тут Пупкин преображается, задачу выполняет, учёбу подтягивает, нормативы теперь для него, как «два пальца об асфальт». Конечно, он теперь отличник боевой и политической подготовки и сам уже помогает курсанту Залупкину. Мостик между поколениями построен, линия партии проведена в жизнь, замполит доволен, да и ты в шоколаде. Главное для сочинителя иметь в арсенале относительно небольшой набор шаблонов и трюизмов и писать без явных грамматических ошибок. На роль Чехова или Достоевского здесь никто не претендует.
Был у меня в училище друг Серёга Рыбкин, в одном строю вместе плечом к плечу стояли, койки были рядом, в увольнениях всегда вдвоём по танцам и женским общагам куролесили. У него осенью день рождения, а я то ли в шутку, то ли в качестве подарка написал про него статью в окружную газету «Защитник Родины». Всё, как в боевом листке написал: типа и отличник он, и товарищ, хоть куда (что, правда, то, правда); единственное приврал, что на марш-броске у задыхающегося Саньки Мельничука для облегчения доли взял автомат и вещмешок, но Санька и без полной выкладки еле передвигал ноги. Мы его всем взводом до финиша вели. К моему удивлению статью напечатали, а через две недели прислали гонорар 10 рублей, сумму почти в два раза большую моей месячной получки первокурсника. Я быстро смекнул, что могу легко срубить нам с Серёгой на винцо, а девушкам на цветочки и мороженое. Вот так я стал внештатным корреспондентом газеты и четыре года писал однообразные статьи для поддержания боевого духа читателей и собственных штанов. «Защитник Родины» гонорары платил исправно, а на четвёртом курсе я даже получил грамоту от командующего округом за активное несение печатного слова в армейские массы. Мелочь, но всё равно приятно.
Квазимодо на меня ополчился после моего фельетона «С чем стучатся в дверь ко мне» в «Советской Армии», газеты Группы Советских войск в Германии. Весь сыр-бор начался из-за выписанных газет, которые я, и не только, регулярно не дополучал. Мне как-то было наплевать на всю прессу кроме «Советского Спорта», хотелось читать его постоянно, а не раз-два в неделю. Главный почтальон на мою претензию ответил односложно: «Ничего не знаю. Это всё, что вам приходит». Обращение к дивизионному замполиту Соловьёву тоже не дало результата.
– Мне что в газету написать? – спросил я.
– Пиши, куда хочешь, – ответил он. – Концов здесь не сыскать. Помни, все жалобы принимает только одна газета. «Гудок» называется.
– Знаю, товарищ капитан. Про гудок все знают.
Фельетон дал резонанс, прессу я начал получать в полном объёме, но согласно третьему закону Ньютона «Всякое действие имеет противодействие» нажил себе врага в лице замполита полка майора Дубинина. Василий Перчик незамедлительно поделился своим знанием третьего закона механики:
– На каждую хитрую жопу всегда найдётся хуй с винтом. Ломакин, а знаешь, чем замполит отличается от политрука?
Я хотел сказать: «Те же яйца – только в профиль», но, чувствуя подвох, пожал плечами и произнёс, как учили, громко и чётко:
– Никак нет, товарищ майор!
– Методом воспитания, Ломакин. Политрук показывает бойцам на личном примере, как надо, а замполит пишет, как и зачем. Учись, лейтенант!
Партийное собрание артиллерийского дивизиона затягивалось, и было готово слиться с тёмным временем суток. Все члены устали: женатые мечтали о вкусном ужине, мягкой постели и тёплой сиське; у холостяков желания были проще и скромнее: сто пятьдесят и на боковую. От долгого сидения на стульях жопы стали квадратными, а на лицах проявился отпечаток приобретённого слабоумия, и ещё очень хотелось курить. На председательствующего капитана Соловьёва вдруг снизошло просветление, и он объявил:
– Перерыв 10 минут.
