Пригибаясь скорее инстинктивно, чем по необходимости, Юрка добежал до самых дальних немцев, лежавших на середине дороги на равном расстоянии от берегов. Сняв с одного из убитых ранец, он выбросил из него подштанники, полотенце, мыло, портянки, носки и оставил только сухой паек в картонной упаковке. Вывернув солдату карманы, Юрка, не раскрывая, бросил в ранец бумажник, а потом снял с солдата часы, тикающие и показывающие правильное время, и надел их себе на руку. Из подсумка он выдернул запасные магазины, снял с ремня сумку с гранатами, пихнул в ранец. Потом перешел к следующему солдату… Зоя сбежала вниз и стала помогать… От немцев уже шел тяжкий дух гниения, глядеть на их искаженные лица, многие из которых были донельзя изуродованы попаданием крупнокалиберных пуль, было тоже нелегко, но Зоя, превозмогая омерзение, ворочала их, лезла за пазуху мокрых, осклизлых шинелей и мундиров, вынимала окровавленное оружие и боеприпасы…
Все трофеи стащили к обломкам дота № 5. Собрали пятнадцать автоматов, три ручных «машиненгевера» MG-43, четыре «парабеллума», три ракетницы, два цейсовских бинокля, лопатки, противогазы в ребристых алюминиевых футлярах, сухие пайки, фляги с кофе и шнапсом, компасы, часы, планшетки, несколько ножей, ложек и кружек. Нашлись и документы: около убитого обершарфюрера валялась папка из толстой свиной кожи, в которой были какие-то чертежи, кальки, графики, ведомости. Без немецкого их было не прочесть, а Юркиных и Зоиных познаний не хватало. Набрали и солдатских книжек, фотографий… Все могло пригодиться.
— Оставим покуда здесь, — сказал Юрка, — если сейчас все это вниз таскать, а потом обратно, когда избушку твою найдем, — мартышкин труд получится…
Они вернулись к земляному валу и, обойдя его с внешней стороны, оказались у кромки леса.
— Вот тут, — сказала Зоя, указывая на просвет между деревьями. — Тут небольшой спуск был, с деревянной лесенкой и прямо на полянку, к избушке.
Юрка неторопливо оглядел пространство между лесом и земляным валом. Здесь тоже был наст, почерневший, закопченный ночным пожаром и вроде бы нетронутый. Но Юрке отчего-то стало не по себе. Какой-то инстинкт подсказывал ему, что здесь, на тылах объекта, наверняка поставлены мины. У дороги с южной стороны снег вытаивал быстрее. Мины, заложенные в снег и заметенные им, уже наверняка бы вытаяли на поверхность. А здесь, с севера, прикрытая от солнца земляным валом, лежала намного более глубокая снежная корка, и ее глубина могла хранить железные банки, начиненные смертью…
— Не спеши, — сказал Юрка, останавливая Зою, уже готовую пойти вперед. — Полезли-ка на вал… Или нет, стоп! Обратно надо идти!
Юрка испугался, что на внешней стороне вала тоже могут быть заложены мины. Они вновь обошли вал и вернулись к воротам. Юрка сосредоточенно думал, а потом сказал:
— Гранатами надо дорожку проделать. От взрывов, если что в снег заложено, сдетонирует… Пошли к доту, там мы из трофеев наберем.
Среди собранного у немцев на дороге барахла набралось двадцать с лишним гранат, ручных и противотанковых. Сложив их в шинель одного из немецких минеров, Юрка и Зоя вернулись в пространство, окруженное валом. Пыхтя и чертыхаясь, проклиная свой тяжкий взрывоопасный груз, они добрались до противоположной стороны вала и выбрались на его гребень, измазавшись в раскисшем от солнца суглинке (внутренняя сторона вала в этом месте находилась на солнце, и снега на ней уже не было). Юрка достал из кармана небольшие кусачки, подобранные неподалеку от ящиков с толом у комнаты, где они ночевали, и перекусил в нескольких местах проволоку, напутанную на колья. Этот проход, или, точнее, окошко, выходил точно напротив того места у подножия внешней стороны вала, до которого они дошли с Зоей.
— Попробуем? — азартно сказал Юрка и изо всех сил метнул гранату через пространство между валом и опушкой леса. Граната упала в пятнадцати метрах от вала у самого просвета между деревьями, за которым, как утверждала Зоя начиналась лесенка, ведущая к избушке… Спустя несколько секунд там грянул взрыв, взметнулись вверх комья земли и снега, а спустя какие-то доли секунды чуть ближе к валу грохнул еще один, более сильный взрыв…
— Ага! — торжествующе вскричал Юрка. — Есть тут мины!
Он примерился и метнул вторую гранату, целясь так, чтобы она легла ближе к валу и была на одной линии с дымящейся воронкой от сдетонировавшей мины. Бу-бух! — рванула граната. Бу-бах! — отозвалась мина, находившаяся в стороне от прокладываемой Юркой «дороги». Едва Юрка хотел высунуться, как раздался еще один взрыв, необычный, скрежещущий, будто шел из-под земли, раздирая ее недра, какой-то подземный злодей.
— Лягушка! — взвизгнул Юрка и сдернул Зою с кромки вала. Звонко лопнула шрапнельная часть «прыгающей» мины, и стальные шарики вроде тех, что искромсали немецких минеров, с визгом засвистели по кромке вала, засыпая Юрку и Зою сырой землей.
