Речушка, разливаясь большим током – памятует кометой ночной в купании дня. У перевернутой лодки рыбацкой блеснет неподалеку кто-то, оставив круги. Она же плескаясь о былом своем прошепчет, когда ещё косой потоков серебрила на журчанье птиц с ветвей фырканье лис. Чудо ли это, или сил сна опасных? От испуга и тайного влечения откровений вниз завлекает нырнуть, вглубь того потока, которым она говорит, трепетающая сердцем пловца Лета — глаза наполняют млечные воды, тишину рыбью бессловесно сплетает; того, кто услышал ее, далеко унося.<p>«В поцелуе хладнокровной шеи…»</p>В поцелуе хладнокровной шеи слышится как вблизи ворчат рептилии в стороне:«Прости, мне придется убить тебяВедь только так я буду знать точно,Что между нами ничего и никогда…» – попсится в ушах тотально, надоело и безнадежно, слепляя легкие повторами каждодневных разговоров. .Не набегая на небеса в беспросветные загулы, стреляя по пути штакеты посланником не открывшихся под ними круглосуточных ларьков.И хоть стоны в ванной нагревают до кипенья кровь, но счастье в жизни не обреченным на шуканье дуракам, распивающих нектар распада жемчужных плодов историй среди реликтов в глумливом паноптикуме миров, доставшимся после изнасилования Евы невинным Адамом, пустившим слепой мутаген правещества в проблесках разорванного панно учиненной следственности.<p>«Любовь всегда взаимна…»</p>Любовь всегда взаимна, — кто-то со сцены сказал;и я зашедши в эти слова, сверяю с тех пор свое время, в сомненьях все боле — истязаю себя, но образ твой поймать же я не в силах.Ты скрываешься средь лиц — папоротников теней;люди лунного света незаметно уходят в землю, ближе к деревянным гробам, где с первых водных потоков все высыхло.Но в эту весну, в каждую весну, пока сочится вакхическая кровь, они живы все — и я среди них тебя искал.<p>«Ночи бьются вдребезги…»</p>Ночи бьются вдребезги: под стерильной голубой кожицей досаждают красками органы, растекаясь по полу; тела прекрасные случаются без шансов дохлые.Птенчики взлетают и не опадают листьями в болота торфЯные и ластятся души в дни промозглые друзья пляшут, разговаривают, без стыда уединяются любовники…Призывается все как во сне мерцанием, под болтанием бычьей туши под присмотром служанки в платье к батарее наручниками прикованной.Куда бежишь теперь нагая, девица? Глаза все в бешенстве бегают, все злее становятся, да не приостановятся и вскипает кровь насыщенная анатомией — расчлененка внесезонная заготовлена для нас!Будет ли спасение для всех вдали от Загреба?Какие могут быть расклады, пролетевший птенчик?<p>«Духота сжимает плечи…»</p>
