Продолжая прыгать на месте, как взбесившийся кролик, Николь оторвала глаза от подступающей воды и заглянула в «кладовку» – пропажа нашлась. «Аквариум», искрящийся и шипящий, стоял посередине чулана и зиял пустотой. Провода, которые некогда опоясывали «ихтиандра», безвольно свисали из пробитой в стекле бреши, напоминая щупальца гигантской медузы. Кислородная маска, вообще, валялась на полу, где-то у подножья капсулы. Не веря своим глазам, Николь опустила щит: клона не было. И, что бы Маска с ним ни сделал, досталось ему конкретно: стекло капсулы было разбито в нескольких местах, и на сколах блестела кровь. Острые стеклянные зубья алели в тусклом свете ламп, напоминая кровавый оскал акулы; акулы, которая только что полакомилась жертвой.
Маска забрал и клона. Но зачем? Зачем ему бездушная оболочка? Кусок мяса, от которого было больше пользы, разве что, за обеденным столом, чем где-либо еще! Это же было просто тело; красивое, конечно, но пустое и… Николь, ахнув, прижала руку ко рту. Нет, это было слишком даже для Маски. Нет, он просто не мог додуматься до такого! Да и потом, для этого же нужна лаборатория, техника, оборудование специальное: он же разгромил ее к чертям, так что подобный план был неосуществим. Если только…
Если только он уже его не осуществил.
…
-…В общем, я это к тому, что…, – Николь была готова взвыть от молчаливого шипения наушника. – Что будет, если в тело Арчера вселится кто-то другой? Это возможно? Или же вы все-таки встроили в вашего клона какой-нибудь защитный механизм там, я не знаю, – Никки не верила, что говорила нечто настолько бредовое, – или ментальный фильтр какой-нибудь, который пропустит только сознание Кея? – девушка запнулась. Странно, она никогда не называла Малика Кеем. Само как-то вырвалось, но звучало как-то…знакомо, даже естественно. – Черт, Оливер, хорош отдыхать! Я же говорю, у нас проблемы! – Николь пнула осколок от бессилия: сама виновата, сама усыпила своего последнего союзника. – Оливер, Маска…. Он забрал клона, и мне кажется, что он хочет «вселить» в него кого-то из своих. Я знаю, как это звучит, но другого объяснения я не нахожу. Да и если закрыть глаза на то, что это настоящее сумасшествие, это имеет смысл: если Риверс предъявит всем Арчера, мы потеряем своих людей; тех, что пока еще с нами. Если у них появится свой Арчер, тогда даже Малик нам не помо…
Договорить девушка не успела: внезапно раздался резкий хлопок, и лаборатория тут же погрузилась в полнейшую темноту – свет погас. Черт! Вот только этого ей сейчас не хватало!
- Саммерс, скажи, что это ты вырубил свет, а? – со смешком прошептала Никки, юркнув в ближайший угол. Со всей этой суматохой и экстренным усыплением Оливера, Николь даже не экипировалась, как следует: линзы с тепловизором и функцией ночного видения она оставила в центре управления. Еще один косяк: сегодня явно был «ее день».
Обратившись в слух, Николь начала медленно продвигаться вдоль стены: ее глаза потихоньку адаптировались и цеплялись за очертания наиболее крупных предметов. Провода перестали искрить, но вот вода (или кровь?) продолжала капать, служа прекрасным прикрытием для шагов врага: Маска с равным успехом мог быть на другом конце базы или же у Николь за спиной. Да уж, очки бы ей пригодились. Или пистолет. Черт! Даже мертвый этот упырь Пол умудрялся портить ей жизнь: и почему ее так впечатлило его самоубийство??? Или…. Секундочку! Или это было не самоубийство? Николь остановилась и зажмурилась от резкой боли, вспыхнувшей в висках: стоило девушке сосредоточиться на своем видении, как в ее голове просыпался «дятел» и начинал изо всех сил долбить ее многострадальную черепушку. И чем усерднее Николь цеплялась на детали, тем ослепительнее была боль – сейчас явно было не самое подходящее время для подобных вещей! Сейчас, когда рядом рыскал маньяк с телепатическими способностями, ей, вообще, не стоило думать: Малик постоянно говорил, что ее мысли слишком громкие, что они выдают ее, так что Николь должна была выкинуть Пола из головы и…
- П-пол? – ошеломленно выдохнула Николь. Да, кажется, так звали того блондинистого упыря из ее видений. Пол. Пол Братт. Но откуда она знала это? Кто он такой?
«…не шучу. Говорят, у них даже толчки из золота… Ну, не везде, конечно, но парочка точно есть…»
Танцы. Смех. Музыка. Праздник.
Люди, много людей: нарядные, веселые, они кружатся по мраморному полу; улыбаются, пьют вино. Дорогое вино, красное…. Дядя всегда любил красное вино. В его погребе нет ни одной бутылки белого вина, только красное. Красное, как кровь….
Кровь, очень много крови. Он выстрелил. Он приставил пистолет к виску и спустил курок. Упал.
Он плакал.
«…Он самый настоящий демон, рыбка… и он здесь…..Я чувствую его….Он всегда здесь, от него не скрыться… Ты…ты не з-знаешь, каково это…ты…ты…»
Он боялся. Он был омерзителен, но и жалок. Он был так напуган. И убил себя. Но… Он был не один. Есть еще кто-то. Там есть еще кто-то, и он смотрит, наблюдает, ждет… Ему нравится это. Он демон. Он….
