и немного страшно. Ей показалось, что они даже похожи: оба юные, худенькие, жилистые,
гибкие и совсем неопытные, как два молодых волчонка. Они как будто были созданы друг
для друга, и это тоже было похоже на сказку, на неожиданную маленькую сказку до самого
утра.
- Какой же ты красивый, - изумленно сказала она, до этого ей нравились совсем другие
мужчины.
- Это ты меня раньше не видела! - усмехнулся Арктур.
- Ты меня тоже, - вздохнула она.
О прошлом вспоминать не хотелось, особенно сейчас. Что там было, кроме войны и
смерти, сгоревших городов, стонов раненых, криков пленных и бесконечных переходов по
размытым дождями дорогам? Что там было, кроме боли и жестокости? И она тоже была
жестокой и беспощадной, как весь этот несправедливый мир.
Они сидели на кровати, смотрели друг на друга и как будто боялись друг к другу
прикоснуться. Норки слышала, как стучит ее собственное сердце.
- У тебя это тоже в первый раз? - спросила она смущенно.
Он даже улыбаться перестал. Наверно, как и она, смутился.
- А... у тебя?
Странно, что он не понял этого по ее волосам. У этих аппиров всё было не так!
- Я никогда не любила, - призналась Норки, - я только воевала.
- Только воевала?
- Да.
- А я... а я и того хуже, - потрясенно посмотрел на нее Арктур.
- Странно... - она заметила, что вся дрожит, - на войне не боялась, а сейчас как будто
боюсь.
- Не бойся, - он протянул к ней руки, - ничего не бойся, детка.
Всё было впервые: поцелуи, прикосновения, объятья, вкус и запах мужского тела. Всё
было как в сказке! Она подумала, что Улпарда ей вряд ли захотелось бы так ласкать, у него не
было таких сладких губ, такой гладкой кожи, таких нежных рук и такой неопытной
осторожности, как у этого голубоглазого аппира. Да и не любила она его ни капли!
- 362 -
Она подумала об этом, а в следующую секунду всё уже было кончено между ней и
Улпардом. Ей не пришлось стать женой царя. Ей встретился совсем другой, прекрасный
юноша. И она упала. Сначала с лестницы, а потом и вообще.
Потом она понять не могла, как это случилось? Как она могла пасть так низко ради
короткого наслаждения, ради маленького приключения на одну ночь, которое всё равно
кончилось? Как будто этот молоденький аппир околдовал ее! Наверно, и впрямь околдовал.
Пришло утро, заглянуло серым рассветом в не зашторенные окна, беспощадно
высветило раскиданную постель, пустую бутылку и неубранную лужу на ковре, небрежно
брошенную одежду... Ее маленькая ночная сказочка кончилась. Пора было встретиться лицом
с реальностью.
Норки осторожно встала и подошла к зеркалу. Ей было страшно заглянуть в него, но
пришлось. Чуда, как в сказке, не произошло. На нее смотрело совершенно чужое, незнакомое
лицо в ореоле спутанных белых волос, таких откровенно, предательски бесцветных! Когда-то
она не узнала Эдеву. Теперь она не узнавала себя.
- Вот и всё, - подумала она, - жизнь окончена.
Пояса у Арктура не было да и быть не могло. Он не был воин-охотником, даже дуплогом
не был. И Улпард наверняка убил бы его, если б узнал.
Норки посмотрела на своего спящего любовника, и у нее сжалось сердце. Он был юн и
прекрасен, даже когда его голубые глаза были закрыты, а губы дрожали во сне как у ребенка.
Она решила, что никто и никогда не узнает, что произошло тут между ними, и никто его ни в
чем не обвинит. Она умрет раньше.
Побелевшие волосы расчесывались с трудом, как будто стали тоньше и мягче. Норки
дрожащими руками распутывала их и с тоской смотрела в серое окно. Там хмуро стоял
посыпанный мокрым снегом лес.
- Эрши... - пробормотал Арктур спросонья, - где мой сок?
Норки вздрогнула и обернулась. Он тоже подскочил и изумленно на нее уставился.
- О, боже...
Похоже, для него это тоже было не самое приятное утро.
- Проснулся? - грустно улыбнулась она.
- Норки, это ты?
- Кто же еще?
У него совсем вытянулось лицо.
- Ты что сделала?!
- Я?
- Ну не я же! Ты зачем перекрасилась? Я еще к той не привык, а ты уже другая!
- Конечно, я теперь другая, - сказала она, - ты разве этого не знал?
- Чего я не знал?
Странные были эти аппиры.
- Когда теряешь девственность - теряешь и цвет волос, - вздохнула Норки, - неужели у
вас не так?
- Ничего себе, - заморгал он своими сонными глазами, - у нас не так, это уж точно!
Норки с отвращением рванула свои волосы расческой. Она их ненавидела.
- Везет вашим женщинам.
Он подошел, обнял ее и погладил по голове как маленькую девочку.
- Знаешь, а тебе так даже лучше, Норки. Правда. Не огорчайся.
Глупый, он так и не понял до конца, что произошло, какой позор ждет ее, и какой
опасности подвергается он сам. Он не догадывался, что больше ее уже не увидит.
Она обнимала его и снова чувствовала желание, как будто ее бедра сами к нему
притягивались. Они стояли, слившись как две половинки. Умирать не хотелось. Хотелось
жить и любить своего голубоглазого мальчика. И зачем только она столкнулась с ним тогда
на лестнице!
- Я и так ни о чем не жалею, - отчаянно ткнулась она губами в его шею.
Оторваться от него было трудно. Пришлось вспомнить, что она сильная. Что она смелая
и гордая. Что она воин-охотница.
- 363 -
