- И пусть колотит! Зато живет.
- Это верно.
- Давайте я ее попробую накормить? У меня получалось.
Ольгерд усмехнулся.
- Она вообще тебя любит.
- Я тоже. Вы сидите, я сам.
Через десять минут всё было готово. Они сидели за столом, кофе дымился в закопченном
чайнике, Риция возила ложкой по тарелке с подогретой фасолью и не капризничала. Она
даже смирилась с полотенцем, которым Льюис обвязал ее шею.
Новости были хорошие. Дуплоги разоружались, Леций и Герц отправились на Тритай за
Эдгаром, инженеры уже прикидывали, что будет, если вытащить из безвременья
отопительную систему: не лопнут ли трубы, и не застыла ли в них вода.
Риция бросила ложку, встала и пошла в спальню.
- Вы так и будете тут жить? - спросил Льюис, провожая ее взглядом.
- Так и буду, - кивнул Ольгерд.
- Вдвоем?
- Конечно.
Звучало это как-то безрадостно. По сути он оставался один.
- 438 -
- Когда-то она хотела, чтобы ты жил с нами, - вспомнил он с горечью, - но кто же знал,
что так получится...
Жена легла на кровать и там затихла. На этот раз ничего не разбилось и не упало. Стало
очень тихо, только огонь потрескивал в камине. Льюис молчал.
- Заходи почаще, - попросил Ольгерд, - если сможешь. Ты ей нужен.
- А вам? - вскинул на него свои синие глаза мальчишка.
- Мне?
- Я-то знаю, как плохо одному.
- Плохо, мой мальчик, - согласился Ольгерд, - это верно. Но ты уже натерпелся в этой
жизни, поживи теперь во дворце...
- Да что я забыл в этом дворце? - перебил его Льюис, глаза заблестели от подступающих
слез, - какой из меня принц?! Там всё чужое, я там просто лишний...
Сердце почему-то сжалось.
- А со мной ты бы остался, Лью?
- Конечно!
Ольгерд почувствовал, что сам сейчас прослезится, в глазах защипало. Он и не
подозревал, что мальчишка так к нему привязан. Ну ходили вместе в лес, ловили рыбу,
строили крыльцо, следили за Рицией, спали рядом на полу, но ему всегда казалось, что
парень его боится в глубине души. Еще бы, чуть не убил его однажды! И вообще особой
любовью его не жаловал. И вот на тебе, такой подарок!
- Ну и правильно, - сказал он растроганно, - оставайся. Я и сам дворец не люблю. И
Рицию оттуда забрал, и тебя заберу. Пусть уж лучезарный Леций не обижается.
Льюис несмело улыбнулся.
- Тогда... я никуда не пойду?
- Куда тебе идти? Ты дома.
И всё как будто встало на места, всё стало, как и должно быть. Мальчишка был на своем
месте, с ним и с Рицией. Дома. И был, кажется, совершенно счастлив. Они смотрели друг на
друга.
- Полки надо повыше перевесить, - заметил Льюис, - чтобы она не достала. И вазы
попрятать.
- Сначала надо выкинуть осколки, - усмехнулся Ольгерд, - и вообще тут пора навести
порядок. От пыли дышать нечем.
- Так чего мы сидим?
Дотемна они убирались: мыли полы, трясли покрывала, двигали мебель, выбрасывали
старье... это оказалось очень увлекательным занятием. Ольгерд никогда бы этого не узнал,
если бы не вырубился, как и всё остальное, его бытовой робот.
Риция наблюдала с любопытством, но особо не мешала, под конец взяла тряпку и стала
возить ею по подоконнику. Интеллекта в ней при этом было не больше, чем в обезьянке.
Тело училось жить и подражать.
- Смотрите, уже помогает нам! - обрадовался Льюис, - скоро она и говорить научится!
Вот увидите!
- Вряд ли, - сказал Ольгерд, - если она на стадии младенца, то это надолго.
- Вы забываете одну деталь.
- Какую?
- Она же аппир. Я слышал, у них дети очень скоро взрослеют.
Эта идея Ольгерду как-то не приходила.
- Может, ты и прав, - вздохнул он.
Радоваться особенно было нечему. Всё равно это была бы уже другая личность, а не его
жена.
Потом незаметно подкралась ночь. И всё было так же как и в домике Элгиры. Они
лежали на полу, справа от него у стены спала Риция, слева вертелся мальчишка и задавал
свои бесконечные вопросы. Только холодно было во всем доме, да камин догорал в
изголовье.
- А вы меня возьмете на раскопки?
- 439 -
- Возьму, когда сам смогу вырваться. Куда же я от нее сейчас?
- А вы... вы ее очень сильно любите?
- Очень, - выдохнул Ольгерд.
Мальчишка не унимался.
- А можно одну женщину любить очень-очень... а потом полюбить другую? Так же
сильно. Как вы думаете, можно?
- Наверно. Жизнь длинная, Лью. Всякое случается.
- А Ричард говорит, что нельзя.
- Что ж, может, он и прав...
- Как же тогда жить? Если ты любишь, а тебя нет?
- Люби поменьше, вот и всё. Не всегда это смертельно, часто только кажется.
- Она на Землю улетает, - сказал Льюис печально.
- Кто?
- Анастелла.
Ольгерд вспомнил, как они с Руэрто поджидали эту влюбленную парочку у общежития.
Ему стало даже неловко. Нашли, кому завидовать! Мальчишке-сироте, которого впервые в
жизни кто-то полюбил.
- Ты же Прыгун, - сказал он в утешение, - найдешь ее и там.
- Что толку? Она же меня не любит.
- Знакомая история, парень. Я сам такой же.
- Вы?! - Льюис даже подскочил от удивления.
- От этого никто не застрахован, - усмехнулся Ольгерд, - даже белые тигры.
- Странно... - задумался мальчишка, - я тоже белый тигр. А мой отец - золотой лев. Разве
так бывает?
- Кто их разберет там, наверху? Мой отец черный, Эдгар - черный, а я - белый. Главное,
что ты Прыгун и будешь теперь в нашей стае. Верно?
Льюис улыбнулся.
- Верно.
