– Например, потому что он наглухо отбитый мерзавец? Потому что опасен для окружающих? Бездна, Мэйр, да хватило бы и того, что в прошлый раз он на тебя набросился и вполне мог…
– Киара, всеми богами заклинаю – заткнись нахрен! Ты уже достаточно наговорила!
Киара выразительно глянула сначала на взбешенную Мэйр, потом на тяжело дышащего от ярости Себастьяна, и передернула плечами.
– Ну-у… полагаю, я всего лишь приблизила неизбежное. И мне пора, да? – Не дождавшись ответа, она глубокомысленно кивнула. – Определенно пора. До встречи, котятки. И не разнесите ненароком ваш кукольный домик, он мне нравится.
Все в том же гнетущем молчании Киара прошествовала к порталу и вскоре исчезла в сопровождении короткой фиолетовой вспышки.
Наверное, стоило ее проводить. Или хотя бы попрощаться. Надо было – да только куда там, когда ярость красной пеленой застилает глаза. На Мэйр он был зол тоже, хотя именно к ней Себастьян не собирался испытывать ничего помимо любви.
– Я так понимаю, ваши милые свиданьица начались с той ночи? – тихо, едва слыша сам себя, поинтересовался он.
– Милые свиданьица? Серьезно, Себастьян? – переспросила Мэйр безо всякого выражения, но уже злобно полыхая глазами. – Дела у Грегора… плохи, и я не могу отказать ему в помощи. Да и не должна вообще-то. Это моя работа, которую другие целители сделать либо не могут, либо не хотят. Поэтому, пожалуйста, давай ты не будешь раздувать скандал на пустом месте.
– Другие целители хотят жить, судя по всему. – Мэйр открыла было рот, но Себастьян остановил ее, подняв вверх ладонь, хотя разгневанную фею хотелось схватить и встряхнуть как следует. – Даже не думай заливать про то, что ты можешь справиться и сама, Мэйр!
– Да что ты себе!..
– То же, что и ты! Только не вру неделями, в отличие от тебя! Что за «пустое место» такое, раз ты предпочла скрывать, с кем проводила долгие осенние вечера? Расскажешь или мне влезть в твою голову?
– На что это ты намекаешь?! – взвилась Мэйр; волна ее возмущения докатилась до Себастьяна, едва не обжигая кожу. – Собираешься приплести мне измену?
Будь Себастьян в чуть менее… психованном настроении, он бы удивленно вытаращил глаза. Предположить, будто Мэйр променяет его на какого-то Грегора? Вот уж невообразимая чушь.
– Какая, в Бездну, измена?! – прикрикнул он. – Я тебе доверяю, Мэйр. Беззаветно, безоговорочно и всей душой! Доверял до сегодняшнего дня! А вот уроду, который только и мечтает, что отодрать тебя на первой же пригодной поверхности – как-то не очень!
Мэйр принялась с силой тереть виски, то ли силясь прогнать боль, то ли с трудом сдерживаясь, чтобы не оторвать Себастьяну голову. С ней и раньше такое случалось, когда она выматывалась на работе: хваленая фейская сдержанность истончалась, и наружу выглядывала демонесса – вспыльчивая, агрессивная и подчас жестокая.
Себастьяну стоило бы поберечь и нервы своей феи, и собственную же башку; однако он сам сейчас бесился почище всякого демона. Видят боги и богини, свою дурную силу бывало легче сдерживать, чем свой же норов.
– Мне очень жаль, что я… умолчала о Грегоре, – наконец заговорила Мэйр подозрительно тихим голосом. – Это было не то чтобы красиво и правильно. Однако я не скрывала от тебя никакой жизненно важной информации, не солгала тебе ни словом. Я всего-то думала, как будет лучше для тебя – и, мне кажется, не заслужила, чтобы на меня орали или перекладывали ответственность за красочные мыслишки Нэльтана.
– Да я не то имел в виду!
– Да мне без разницы, что ты имел в виду, – отрезала Мэйр. – Грегор мне не навредит, я умею за себя постоять. И ты либо принимаешь это, либо твои трескучие тирады о доверии – треп, который и медяка не стоит. Я все сказала.
С этими словами она резко развернулась и быстрым шагом направилась в сторону дома.
Себастьян дождался, пока Мэйр зайдет в дом, а заодно и постарался хоть немного успокоиться, после чего последовал за ней. Он был в бешенстве – хотелось прямо сейчас прыгнуть в портал, отыскать смертника Грегора и отправить его туда, где ему самое место. Чертоги Хладной, как известно, привечают всех. Но фея важнее. Хотя бы потому, что с ней он собирается прожить всю оставшуюся жизнь.
И это даже не обсуждается.
– А я вот сказал не все, – едва закрыв за собой дверь, заявил Себастьян. Стараясь не орать, хотя его голос едва ли можно было назвать ровным. – Я менталист, Мэйр. То, что я узнал о Грегоре от какой-то кучерявой ведьмы, а не прочтя тайком твои мысли, прекрасно демонстрирует, сколько стоят мои тирады о доверии. И, представь себе, я хотел бы, чтобы мне отвечали тем же. Я не доверяю Грегору. Я не доверяю ему ту, кто является единственной радостью моей жизни. И ты можешь быть какой угодно сильной, но я никогда не перестану беспокоиться о тебе, ценить тебя; никогда не начну доверять твою жизнь хоть кому-то, кроме себя.
