– Нужно позвонить Гале…
– Нет. Она не выдержит еще и исчезновение Лек-си. Пускай хоть кто-то из нас отдохнет, – отрезает Арс и помогает очумевшему Дане подняться на ноги. – Пошли вниз. Расскажешь, что произошло.
Даня фиксирует взгляд на Арсении и произносит единственную фразу:
– Мой скетчбук.
Снова по их дому рыскают полицейские в поисках улик. И пока что ничего важного они не нашли…
Злоумышленник проник в дом через заколоченное окно. Ему повезло, что они не включали сигнализацию. К стене приставлена допотопная лестница, а рядом на земле валяется лом, но, к сожалению, чертов снег успел замести следы.
Клим утыкается взглядом в кружку с кофе. Как он устал от этого. Когда его семью оставят в покое? Сначала отец, потом Злата, теперь Лекси… Сердце екает. Эта энергичная, острая на язык девчонка, которая всегда умудрялась вывернуться из любой передряги, снова пропала, но на этот раз по-настоящему.
– Кроме этой татуировки вы что-то еще заметили?
Вика нависает над Даней. Он сидит за кухонным столом, и едва удерживает рукой тряпку со льдом, которую прижимает то к затылку, то к разбитому носу. Зря Арс не позволил позвонить Гале. Она бы лучше поухаживала за Даней, чем Клим.
Их следователь молодая, строгая дама, выглядит блеклой тенью даже по сравнению с Галей. Вот что делает с человеком недосып и отсутствие косметики на лице. Клим допивает кофе, но не помешает чего покрепче. Хотя, судя по осунувшемуся Арсению, выпитый алкоголь ничуть не облегчил его участь.
– Нет, он был в маске, – Даня снова подталкивает к Вике блокнот, страницы которого разрисованы перьями. Ястреб. Вот только вопрос: когда он успел нарисовать татуировку, которую видел на преступнике, если был без сознания?
– Мне придется это изъять, – вздыхает Виктория.
– Нет, подождите, – Даня роняет лед на стол и аккуратно вырывает из середины блокнота страницы с ястребом. – Этого достаточно?
– Думаю, да. – Вика пристально изучает рисунок. – Значит, Александра скрывала, что уже один раз сбежала от похитителя. Почему она не говорила?
– Она боялась, что кто-то из семьи с ним заодно. Поэтому и просила меня пожить с ней, потому что не знала, кому может доверять, – тихо бубнит Даня.
Арс глухо стонет, схватившись за голову.
– Тихо, брат, не вини ее, – Клим хлопает его по спине. – Мы все подозревали друг друга.
– Больше вы ничего не знаете? – настаивает Виктория. Один из оперов машет ей: мол, мы закончили, и она коротко кивает в ответ.
– Нет, – мямлит Даня.
Вика поджимает губы:
– А вы, значит, приехали, как только получили очередное сообщение с угрозой на почту?
– Да. Думаю, преступник не ожидал, что я прочту его ночью. Я перешлю тебе письмо. – Глаза Арса налиты кровью, зато лицо белее снега. – Господи, я даже представить боюсь, что он может с ней сделать. Он же псих!
– Не думай об этом. Еще не все потеряно, – сухо бросает Виктория. – На сегодня мы закончили. Объявим вашу сестру в розыск. И укажем татуировку в качестве приметы похитителя. Всего доброго.
– Вика, постой… – Арс подрывается с места и хватает ее за руку. – Я знаю, я – чудовище, и ты не веришь мне, но прошу, помоги отыскать Лекси. Я не смогу потерять еще и ее. Она не виновата в моих грехах. Она…
Вика вырывает руку и аккуратно складывает лист с рисунком:
– Я сделаю все, что в моих силах. И не переживай – в отличие от тебя, я еще умею отличать добро от зла.
После этих слов Виктория уходит, оставив их втроем.
– Суровая дамочка, – фыркает Клим. – Надеюсь, от нее будет толк.
– Я тоже, – вздыхает Арс.
Хлопает входная дверь, и в доме снова становится неестественно тихо и холодно.
– Данек, – Клим нервно скрещивает пальцы, – знаю, мы с тобой не особо ладили, но ты поступил храбро, когда попытался защитить Лекси.
– Я сделал то, что должен был.
– Думаю, нам всем нужно немного поспать, – шепчет Арс.
Клим сжимает его плечо и вздыхает. Нет. Они уже не уснут. Потому что стоит закрыть глаза, как ты видишь искаженное ужасом лицо Лекси.
Голова раскалывается, но он стоит перед окном и не может заставить себя лечь в кровать. Его воображение рисует татуировку, которую он увидел на груди похитителя. А ведь когда Даня нарисовал ее в блокноте, то даже не подозревал, что это как-то связано с Алек-сой. Но она узнала татуировку и назвала ее крылатой птицей. А еще она очень испугалась. И это неслучайно. В этой семье все неслучайно.
И Галина, которая в очередном приступе лунатизма столкнулась с истинным убийцей. Даня нервно вздыхает.
Кажется, он знает, что именно она видела.
Днем все еще хуже, чем ночью. Пустая комната Алексы режет глаза. Брошенный дом, наполненный призраками. Даня в очередной раз задумывается, а не сбежать ли ему к себе. Но он слишком крепко повязан с Алексой. Он обещал, что не бросит ее в беде, а на самом деле буквально привел в их дом убийцу.
– Нет! – Он мажет кистью поверх неудавшегося рисунка, зарисовывая лицо Александры.
Нет, он не в состоянии ее отыскать. В голове стоит шум и звон: такое чувство, что кто-то бьет посуду прямо у него в мозгу.
