Фехтовальщики в большинстве своем одобрили такое поведение, и Жанен де Жано стал вызвать среди остальных уже не только заинтересованность, но и уважение. Де Санд тоже сначала посмеялся над переменой во внешности своего неуступчивого ученика, но потом посоветовал девушке быть осторожней.
— Полегче, сударыня. Вам мало графа де Жуа? — сказал он наедине.
— Это вас не касается, сударь.
— Касается, раз вы здесь. Наверняка, вы задумали проучить кого-то. Так?
— Возможно, и что с того?
— Ничего. Сюда многие приходят за этим. Кого-то предали, кому-то изменили, кому-то не досталось наследства… Что было у вас с вашим обидчиком?
— Так… разговор в библиотеке.
— Ну что ж… это ваше дело. Я, в общем, рад, что вас не тошнит при виде крови.
— Меня тошнит от тех, у кого она паршивая.
— Ну, в этом мы с вами похожи, — рассмеялся де Санд и объявил построение.
В этот день шел дождь, но разминка не отменялась. Круги все пробежали, как положено, а упражнения делали под навесом фехтовальной площадки. Фехтовальщица терпела сырость и тяжесть нагрузки наравне со всеми и, наконец, почувствовала, что втягивается. На отдыхе она уже с удовольствием жевала вареное мясо, запивала его мелкими глотками легкого разбавленного вина и общалась с теми, кто был к ней расположен.
В учебных поединках Женька дралась с де Жери и очень устала, пристраиваясь к постоянной смене его тактик. Де Санд опять заметил ей это:
— Де Жано, вы скоро ляжете под господина де Жери, настолько идете ему навстречу! Навязывайте свой бой! Как я понял из вашей вечерней истории у вас это должно получиться!
«И в самом деле! — подумала фехтовальщица. — Какого черта?» Она перехватила инициативу, загнала де Жери в угол площадки и довольная собой села на скамью. Ей поаплодировал де Вернан и де Лавуа, но она уже забыла про де Жери, ее волновала «Божья птичка». Отказ де Санда в помощи был неприятен, но не обескуражил Женьку. Напротив, отрицательный результат заставил ее собраться и искать новые ходы. Она рассказала о своем проекте де Вернану, выдав Шарлотту за подругу «Жанена де Жано». Де Вернан посмеялся ее затее и посоветовал найти более достойную девушку, а по делу финансирования предложил обратиться к де Бонку.
— Его семья из бывших купцов и ему более пристало заниматься такими делами.
Де Бонк, действительно, заинтересовался. Он был дворянином всего лишь в третьем поколении и еще не приобрел присущего старой знати презрения к предпринимательской деятельности.
После занятий фехтовальщица вместе с ним съездила в «Божью птичку», где он осмотрел все на месте, нашел планы по реконструкции довольно перспективными, внес свои предложения и дал окончательное согласие. Они договорились встретиться у нотариуса, чтобы подписать договор о доле прибыли каждого.
На следующий день де Санд представил своей группе, взятого на службу, лекаря.
— Он будет жить при школе и врачевать ваши ссадины, ушибы и растяжения, — сказал он.
Лекарем оказался Лабрю. Он присутствовал на площадке во время тренировки, а когда занятия закончились, де Санд приказал всем остаться, чтобы врач произвел осмотр. Фехтовальщики недовольно поворчали, но, тем не менее, стали по очереди проходить в дом. Отказались от этого странного новшества только де Вернан и де Лавуа, высокомерно заявив, что они не лошади. Де Санд велел им завтра уплатить штраф. Они кивнули, небрежно помахали шляпами и уехали.
— С такими кошельками, как у этих надутых парижан, и я бы так махал шляпой, — сказал, глядя им вслед, де Зенкур. — Им этот штраф заплатить, что плюнуть! Одна перевязь де Вернана стоит, как моя лошадь, а де Лавуа чуть ли не на «ты» с королем, после того, как его кузина Клементина втерлась в монаршее доверие с этой своей благотворительностью.
Де Зенкура поддержал де Панд.
— Да-да, а тут совсем исхудаешь, пока получишь место у де Монтале! Скажите, де Фрюке?
— Вы? Исхудаете? Хотел бы я на это посмотреть хоть когда-нибудь, Ипполит! — ответил де Фрюке, и все засмеялись.
— Ничего! Я еще покажу этим столичным красавчикам, как надо держать шпагу! — не успокаивался де Зенкур. — Как вы думаете, д’Ангре?
— Господин де Вернан — благородный человек, Альбер.
— Еще бы не благородный! Платит ваши штрафы и подсовывает вам лучших парижских куртизанок. Последнее время вы что-то очень у него в чести, Эмильен. С чего бы это, а?
Д’Ангре слегка покраснел, а Женька подошла к де Санду.
— Мне тоже надо будет показываться господину Лабрю, сударь?
— Я велел ему проверить только зубы и сердцебиение.
Фехтовальщица зашла последней, и Лабрю с совершенно невозмутимым видом попросил ее руку. Взяв за запястье, он посчитал удары и улыбнулся.
— Сердцебиение немного учащено. Вы чем-то взволнованы, господин де Жано?
— У меня назначена деловая встреча.
— О, столь молодой человек спешит на деловую встречу, а не на свидание? Это что-то новое в нашей молодежи. Будьте любезны открыть рот, я взгляну на ваши зубы. Как раз они больше всего нужны на деловой встрече.
Лабрю посмотрел и сказал:
— Я посоветовал бы вам удалить один зуб, верхний пятый справа. Он поврежден.
