У мага тяжелые книги составляли, кажется, половину багажа. И он, когда мы сматывались из Узара, те, что получил от своего товарища, с которым провел время, пока мы с деймоном разбирались, из рук не выпускал.
— Не без этого.
Я оглядела Витора. В его словах не ощущалось обмана и подвоха. По крайне мере в просьбе об обучении.
Сам ли он заблуждался насчет Семерки, или хотел сделать нас убийцами? Он и его орден верил в существование злобных темных колдунов, но в Узаре один из колдунов не только поколениями был шерифом, но и без сомнения отдал Огню свое тело чтобы уничтожить ту часть деймона, что проникла в город. Сделал ли Тоа это потому что понял, что мы нашли его след? Почему, если печати на нас — знак врагов Семерки, один из колдунов этой самой Семерки не атаковал, хотя мог, не подослал убийц — вообще ничего не предпринял? Почему…
«Почему» было много. Очень много.
И самое главное — почему Огонь, то, что сжигает всех суртопоклонников, черных колдунов и прочую мерзость, был в руках у одно из этих самых вроде как черных колдунов, а мое чутье, которое не обмануть никакой магией, никак не раскрыло в шерифе, сидящем в паре шагов, одного из древних злобных темных магиков?
— Баш на баш. Я покажу тебе простые, но действенные уловки, а ты расскажешь мне все что знаешь о тех, за кем мы гонимся.
— Я не так много знаю, как хотел бы, — Витор несколько погрустнел, — первые Клятвенники хорошо знали, кого мы преследуем, и им не нужны были лишние слова или записи. Орден был велик, а резиденция его была в Первом Городе, неподалеку от врат.
Я сложила руки на груди.
— И вы теперь хоть знаете, как зовут-то наших колдунов?
— Да, да. Имена сохранились, как и записи о некоторых их злодеяниях. Мы знаем например, что Семерка, долгое время бывшая по сути правителями небольшого герцогства, чей формальный владетель помогал им творить что вздумается, однажды объявила войну сразу трем соседним государствам — и победила, установив там свой протекторат и уничтожая местное население своими бесчеловечными экспериментами. Знаем, что они похитили из Башни Великих первые записи о том, как отрывать стабильный межмировой портал — и отказались отдавать их, объявляя войну от имени герцогства и его сателлитов всем, кто пытался поддержать господ магов в их законном желании вернуть эти разработки. Семерка желала могущества, и не сумев добиться славы в своем мире, отправилась сюда. Я дам почитать нашу орденскую книгу со свидетельствами и записями свидетельств их злодеяний. Имена же я помню наизусть: Имдир — мастер артефактов, Азар — мастер чар, Тоа Дан — мастер пламени, Истрид Мар — мастер жизни, Маруэль Коратиандир — мастер смерти, Лоак Догас — мастер духов, Вермар — мастер Воды и воздуха.
Тоа Дан — мастер пламени…
— Мастер — это титул?
Витор несколько замялся.
— Мы считаем, что под «мастером» подразумевался «повелитель» в том смысле, что каждый колдун в совершенстве освоил какую-то одну нечестивую область магии.
Повелитель Огня. Но служитель может лишь призывать Пламя чтобы уничтожить своего врага или исцелить свои или чужие раны. Так говориться в «Книге». Но «Книга» ведь написана уже здесь. Она не точна, и мы можем больше? Или Тоа так называли именно за то, что он был Служителем?
Ладно, об этом потом подумаю. Сейчас — баш на баш.
Я отошла на пару шагов и сделала знак Витору приблизиться.
— Дашь потом свои книги. А пока доставай меч, становись в стойку, из которой намерен бить врага. Посмотрим, чему тебя учили.
Лучше бы вместо владения клинком через пень-колоду в этом Ордене рассказывали о Семерке что-то большее чем «злобные черные колдуны». Имена, кусочки старых летописей… Этого мало. Этого очень мало.
Ингрид в который раз за день встала, как вкопанная. Недовольная животина не преминула выразить свой протест против целого дня под вьюками. У четверых моих спутников вещей было немало, так что недовольство лошади, до того полтора месяца безвылазно просидевшей в трюме, а теперь тащившей на себе весь наш скарб, было понятно. Но менее раздражающим это выражение эмоций не становилось.
— Отдам на мясо, — мрачно погрозила я Ингрид, потянув за повод. — Твое путешествие сюда мне знаешь во сколько обошлось? Не знаешь. Вот и молчи.
Лошадь стеганула хвостом воздух, но вперед все же пошла.
Вообще-то были мысли оставить ее в Узаре, там бы сыскались хозяева из фермеров или караванщиков. Но тогда пришлось бы по Первой Земле таскаться сами навьюченными как мулы, или где-то в портовых городах другое копытное создание искать, дороже, да и с характером непонятным.
Да и как-то жалко ее бросать было, на самом деле
