И да — долгие дни под вьюками, проведенные в пути от побережья Первой Земли до Гослара, изредка перемежающиеся отдыхом в придорожных трактирах были не то чтобы слишком веселыми. Но всего и нужно было — просто идти вперед. Местные дороги, служившие не только путешественникам вроде нас, но и многим торговцам, были довольно безопасным. Нападение на путников среди рыцарей было большой редкостью, потому что слишком часто было поводом для соседей карательным налетом исправить мнимую несправедливость, а разбойников все желающие отличиться оруженосцы да наемники переловили давно. Им за это неплохо платили, да и рыцарское звание особо успешным могли дать.
— И что — правда отдашь? — полюбопытствовал шедший рядом фронде
Тут ответ мог быть только один:
— Нет. Но она об этом не знает.
Эльф усмехнулся.
— Зато знаешь ты. Тебе ведь она дорога.
— Дорога. Тридцать золотых — и это только на выкуп ушло, между прочим. Про подковы, костоправов и такие вот путешествия я молчу.
По ровному госларскому тракту, вокруг которого все было перепахано и засеяно, идти было одно удовольствие. Временами нам встречались и другие путники, и телеги с товарами, но ширина вымощенной ровными камнями дороге позволяла без проблем разойтись даже двум телегам. Во времена Первого Города ведь строили на совесть. Впрочем, так и сейчас бы строили, только денег обычно не хватает.
— Если мне не изменяет память, то ближе к ночи мы должны уже добраться до города.
Тракт после переправы через реку Госларку забирал сильно влево, и оттуда до самого Гослара рукой подать. А мост через реку уже виднелся вдалеке.
— Ты давно была там? — полюбопытствовал в последнее время мрачный и задумчивый Витор.
— Да что-то около пару дюжин лет назад. А что?
Маг кинул на меня короткий взгляд.
— Не встречала там городского судью Мартина Витта?
Осведомленный он, однако. Но скрывать мне было нечего.
— Из-за того, что пришлось отрубить ему голову прямо на городской площади, меня в Госларе не ждут с распростертыми объятиями. Хотя там, наверное, уже правитель-то сменился, герцог Вист тогда был уже стар и слаб. Но меня больше интересует откуда его знаешь ты?
Витор вздохнул.
— Мой отец и его собрат по ордену подозревали Витта в том, что он один из Семерки или кто-то из их учеников. Но доказательств не нашлось, и за публичную клевету госларский суд принял закон, по которому ни отец, ни его друг, ни все их родственники до седьмого колена не могут войти в городские ворота.
— Значит тебе придется перелезть через стену, — усмехнулась Дианель. — Справишься с левитацией, а?
— Я не архимаг чтобы летать, — парировал Витор, — но проберусь внутрь если понадобится. И, с вашего позволения, я постараюсь для начала узнать, действителен ли вообще указ. А там уже буду думать, как поступить.
— То есть ты намерен оставить нас самим все разгребать, — Дианель поджала губы, — напомнить что ты нам не платишь?
— Я дам денег на проживание. И, я думаю, будет уместнее, если мы приступим к поискам Лоака сразу с нескольких направлений, так куда больше шансов, что он ускользнет. В старых книгах моего ордена говорилось, что мастер духов умеет занимать чужие тела, и если это так, то он может быть где угодно.
Я вспомнила письмо — и тот вопрос, что все хотела задать Витору и постоянно забывала об этом:
— В письме Лоак указывал, что он находится на «старом месте». В той книге, что ты показывал мне, очень мало понятно о том, что это было за место.
В той книге вообще мало что понятно. В ней было в основном про первых членов Ордена Клятвы и их великие подвиги, и совсем мало о Семерке. Увы.
— А. Да, это в другой рукописи, она в Резиденции хранится. В общем, насколько нам известно, именно Лоак был советником у того герцога, на чьей территории обустроили себе гнездо колдуны. Он и до того часто ошивался где-то рядом с правителями, и ничем хорошим для них это, кстати, не заканчивалось.
— То есть искать где-то в Госларских верхах.
Мда. А ведь там наверняка меня еще помнят, не все же еще в могилы отправились из старой аристократии.
— Думаю это я могу взять на себя, — небрежно заметила Дианель, — провинциальные городки — не Железная Гавань, там и приезжему несложно быстро узнать все, что нужно.
— Гослар старше Гавани, — усмехнулась я, — лет на очень много.
Гослар был построен как пограничная застава в самом начале Переселения, когда еще Первый Город не то что не пал — еще был совсем небольшим поселением. Много лет Гослар, названный так по фамилии до сих пор властвующей там семьи, был самым обычным фортом, стоящим около реки и обороняющим Старую Столицу от возможных угроз с запада и с севера во времена, когда морозные гоблины еще не были окончательно истреблены, и не погибли последние жившие на Первой земле савры, пытавшиеся воевать с равными народами на свою беду. Если близь Узара, на юге и на острове Луны их род еще был жив, пусть и подневолен, то на Первых Землях чешуйчатых уничтожили подчистую и очень давно.
