Качка, сейчас бывшая совсем небольшой, не мешала моему занятию, как и любопытные глаза посматривающих на упражнение матросов. Я взмахнула клинком, повторяя много лет назад усвоенные связки и переходы. В настоящем бою так никто, разумеется, не сражается, но отточить навык и привыкнуть делать хорошо каждый элемент по отдельности подобные движения помогали. Никто не даст тебе нанести подряд десяток ударов и сделать пять-шесть пируэтов. Один удар, второй, третий — и или кто-то будет ранен, или убит, или бой разведет дальше. И все.
Но чтобы нанести эти два-три удара так, как нужно, и тогда, когда нужно, стоит выполнить десятки, соревнуясь лишь с собой.
Когда-то меня обучил этому Акиф, Рыцарь Огня с моей родины. Иронично — сначала я помогла ему в одной заварушке, а он, ворча что истинному Служителю не пристало полагаться на один Огонь, взялся наставлять меня во владении мечом, желая научить сражаться и без дарованных Владыкой сил. И эта наука выручала меня больше раз, чем я могла вспомнить.
На удивление Акиф, пусть и был до Рыцарства кшатрием, предпочитал прямой клинок, чьему владению обучился в юности где-то, кстати, близь Гослара. К моему еще большему удивлению учить он умел, и мне удалось хотя бы немного, но освоить то, чему учили годами, за куда меньшее время. А потом были годы практики.
Наши пути давно разошлись. Акиф был человеком, и давно уже лежит в сырой земле. У него была семья, был сын. Интересно что с ним стало — тоже подался в Рыцари? Или нет? Хотя наверняка и он уже мертв.
Привычные движения порой давали слишком большой отдых разуму, и я, вспомнив Акифа и свои первые тренировки, безнадежно отвлеклась от реальности, возрождая в памяти и свою кровную семью. Ни у кого из них не было крови долгоживущих, но ведь наверняка кузен женился и имел наследников. Кем они стали? Какой век прожили? Существует ли еще дело отца?
Углубившись в прошлое, я не сразу поняла, что за мной наблюдают. Очень пристально наблюдают, и этот взгляд все же нервировал.
Я прервала движение и повернулась, ища глазами того, кто проявлял интерес к моему занятию. С Арджаном состязаться не хотелось — победить в честном бою рослого и умелого ящера мне было не под силу, и потому приходилось постоянно удерживать Огонь, что раздражало. Наверное, стоило быть благодарной Владыке за такую возможность развивать терпение… Но была у меня еще одна причина не слишком усердствовать в совместных поединках.
Жизнь часто разводит союзников по разные стороны баррикад.
Возможно однажды Пламя протянется к Дианель… Фронде попросил присмотреть — и я присмотрю. Но — не вечность. А она с кровью долгоживущих, и проживет срок куда больший, чем любой человек, и без всякого Огня.
Ну или мне просто не нравилось то, что ящер был сильнее, ловчее и быстрее. Большинство моих поражений остались в прошлом, опыт все же был весьма и весьма важен. А тут — неприятное напоминание о том, что опыт, собственно, — далеко не все, что нужно воину.
Но наблюдал за мной Витор.
Маг зачем-то притащил на палубу свой видавший виды клинок, и теперь замер в некоторой нерешительности около юта.
Я вернула клинок в ножны и подошла к орденцу.
— Шпионишь?
Витор, кажется, даже немного покраснел.
— Нет. Нет, извини, если я не вовремя. Я хотел поблагодарить тебя… И попросить кое о чем.
— Поблагодарить?
Это было что-то новое.
Маг запустил руку в волосы, лохматя и так не самую аккуратную прическу.
— Ты помешала на болотах той жабе меня задушить. А я так и не нашел времени чтобы выразить свою признательность.
Я пожала плечами.
— Выражением признательности будет удержание своей магии подальше от меня.
Витор облизнул губы. Несмотря на яркость внешности и явное стремление во многих ситуациях показать себя, он все же был молод, и сейчас словно бы стеснялся этого разговора.
— Но иногда заклинания полезны, я могу отвлечь внимание, и…
— Иногда.
— Да. Да, конечно. Еще раз спасибо. И, Лекса, коль уж мы еще не одну неделю будем на этом корабле, а я прочитал уже все книги, и… В общем — научи меня убивать. Клинком.
Я оглядела мага в поисках подвоха. Огонь молчал.
Он дурак?
— Ты умеешь держать меч, — вслух заметила я.
— Я обучен… Некоторым вещам, как того требует Клятва. Но я никогда… В общем — у меня небольшой практический опыт. И у того, кто учил меня — тоже. А у тебя он есть.
— Он есть и у Арджана, — парировала я.
— Да. И я обратился к нему с такой просьбой, понимая, что у тебя могут быть иные заботы. Но, в общем, он сказал, что моим мечом только на дуэлях сражаться, дал мне свои клинки и показал приемы, которые я не могу повторить. Никак. И его оружие… Я едва могу держать его без дрожи в руке, а что говорить уже о том, чтобы бить сильно и точно…
Клинки ящера не были тяжелыми, но вот баланс их отличался от короткого легкого меча, носимого на поясе Витором. Пожалуй, без привычки ими и правду сложновато наносить удары.
— Я все же маг, а не воин, и я понимаю, что не сумею научиться всему и сразу, — торопливо продолжил Витор, — но все же думаю, что практика лишней не будет. Никакая.
— А еще ты прочитал все свои книги, — поддела я.
