Раньше, кстати, все номинации отдельно были. Я бы в жизнь конные сшибки выиграть бы не смогла. Впрочем, сейчас все равно первейшей задачей было встретиться с кем-нибудь из дружков Адриана, которые крутились вокруг принца, и, как и я, не носили никаких гербовых цветов, только серебряную повязку на руке. На ристалище я должна понять, есть ли среди них кто-то, на кого откликнется Огонь.
На принца-то он уже откликнулась.
Первым были поединки без барьера с щитом и мечом.
Пока мы ждали своей очереди около ристалища, ящер, чья морда сейчас немного нелепо торчала из-под шлема, с любопытством осматривал щиты и клинки, которыми должны были сражаться бойцы. Один даже на руке взвесил. Обхватил короткую для себя рукоять и с сожалением был вынужден один палец положить на гарду. Так иногда делали кшатрии.
— Тебя учили воевать на юге, — заметила я. — Не эльфы.
— Не эльфы, — согласился Арджан.
— Но ты оказался там.
Ящер клацнул зубами — и вернул клинок на стойку.
— Я стал телохранителем и всюду следовал за той, кого охраняю. Как и сейчас.
Я уставилась на савра. Дианель — южанка? По лицу не скажешь. Вот совсем… Хотя если эльфийская кровь была очень сильна и ее мать сама была приезжей откуда-нибудь, да хоть с Первой Земли…
Интересно, интересно.
— Глупый маг не послушал меня вчера, — савр клацнул зубами, меняя тему, — и зря.
Вот значит почему я Витора с самого утра не видела… И правда — зря.
Помощник распорядителя, молодой черноволосый оруженосец в одеждах с цветами Гослара, объявил, что следующая схватка будет с моим участием.
— Удачи, — савр начал взвешивать на ладони следующий клинок.
Впрочем, в первом бою удача мне не понадобилась. Противник был очень юн и неопытен, и все время лез слишком прямо, постоянно раскрываясь при атаке. В итоге мне удалось, благодаря паре обманных движений и некоторой наглости, заставить его раскрыться настолько, чтобы как следует ударить кромкой щита в шлем и опрокинуть навзничь. Оправиться от этого рыцарю в бело-красных геральдических цветах так и не удалось.
Несмотря на видимую легкость победы, я бы все-таки предпочла не носить на себя такую кучу железа. Ну и не ходить постоянно с платком на лице, но что поделать — у ристалища меня узнать легко могли немолодые рыцари, как бронник вчера, а ходить все время не снимая шлем — значит проиграть следующий бой еще до его начала.
Отдых, наблюдение за другими сшибками, — высокорослый Арджан с легкостью буквально вбил в пыль ристалища своего куда более низкого противника, который даже ни разу не дотянулся до его головы, — и еще один бой.
Тут удача понадобилась, и еще как. Жребий свел меня с кем-то из опытных бойцов. Очень опытных. Приходилось постоянно закрываться щитом и наносить редкие, но меткие удары. Сколько бы ни держал в руках клинок мой оппонент, он все же еще даже не родился, когда я уже ходила по земле с мечом в руке. К тому же правила не запрещали бить по бедру, а рыцарь зачем-то снял набедренники, видимо, рассчитывая так уменьшить вес доспеха и рассчитывая, что бедро прикроют полы кольчуги. Зря. С отбитой ногой воевать сложно, а я отбила ему эту самую ногу жесткими ударами быстро.
В третьем бою мне повезло. Без шуток — повезло. Оппонентом был один из товарищей Андриана, ловкий как уж и быстрый, как убийца из Клана Тени. Было в нем что-то смутно знакомое — в движениях, скорее. Бывший кшарий?
И тот, на кого Огонь ощутимо заворчал. Не так, чтобы принуждать к казни здесь и сейчас, но достаточно, чтобы отвлекаться на необходимость удерживать Пламя под контролем.
Со свитой Андриана точно было что-то нечисто.
Уловки, движения, даже знакомые оскорбления на языке Союза… Он был южанином. Воином. И ходил при обычно том без доспеха — это очень хорошо чувствовалось, особенно по тому, как ближе к концу боя замедлились движения и ушла резкость. Мой визави был воином, но не рыцарем. И щит раньше вряд ли часто использовал — когда его напор не принес результата, и я стала забирать себе инициативу и наращивать темп, атакуя сильнее и сильнее, он подставлял дерево под удары несколько неловко. В итоге обмануть южанина и под самый конец поединка нанести несколько очень хороших ударов прямо но шлему оказалось задачей непростой, но выполнимой.
После этого круга нас осталось четверо — я, Андриан, Арджан и пожилой лысый воин в черно-зеленых цветах, чьего имени я не запомнила.
Обиднее всего было бы биться с Арджаном — но мне повезло. В соперники достался Андриан.
И, к огромному моему удивлению, бойцом он оказался куда более худшим, чем встреченный мной во втором круге рыцарь. Двигался медленно, атаковал вяло, — только Огонь раздражал, пусть и меньше, чем в бою с южанином, — велся на уловки легко… И как только предыдущих бойцов одолел?
Не прошло и половины отведенного времени, как мой даже не самый удачный удар по кисти заставил принца выронить меч, а уже привычная атака кромкой щита в шлем — упасть навзничь.
Трибуны взорвались аплодисментами.
