На мониторе ярким зелёным шаром красовалась первая инопланетная колония людей. Если приглядеться, то можно различить комплексы климатических станций. Вокруг ожившей планеты вращались спутники-зеркала, станции контроля атмосферы, а теперь появились первые элементы боевых платформ. На последних ещё не смонтировали оружия, но уже сейчас эти конструкции выглядели угрюмо и устрашающе – угловатые, тёмные, массивные.
– Такими темпами мы за месяц даже обитаемые астероиды оборудуем защитой! – сказал Айдар, кивая на изображение.
– Каждый грамм металла в этих пушках это минус прочитанная книга, минус улыбка, минус час отдыха, минус детская игрушка, минус… – Эджус разошёлся, и Айдару пришлось повысить голос.
– Да понял я!
Оба на какое-то время замолчали, а Марс постепенно уменьшался, пока монитор не погас – корабль разогнался до одной восьмой скорости света и большинство внешних приборов отключилось.
– Ещё час и увидите Землю, – Смешная повернулась в кресле и подмигнула товарищам.
– А сколько времени у нас будет там? – спросил Айдар.
– Тело Уитмана заберут сразу в космопорту, – ответил я, – Задерживаться дольше, чем это нужно для процедуры передачи, я не могу.
Айдар поджал нижнюю губу, а Эджус обречённо вздохнул – им очень сильно хотелось побыть на Земле подольше.
– А вы можете остаться до получения следующего задания, – продолжил я, – На Луну я доберусь рейсовым челноком, а куда потом – ещё неизвестно.
– У нас приказ доставлять вас, куда скажете и помогать всеми силами, – Эджус улыбнулся, – Экскурсию по городам Земли отложим до лучших времён. С вами у нас больше шансов на приключения.
– Самые лучшие приключения – те, о которых прочитал в книге, – говоря эти слова, я сам себе не верил, тем более не стремился переубедить ребят, в тот момент окончательно ставших моей командой.
Трассы Солнечной системы были полупусты, как и в любой другой развитой колонии. Грамотная логистика исключала пробки.
– Внимание! Торможение! – объявила Василиса, а мы уже лежали на местах. Агравы тонко загудели, снижая перегрузку, но я ощутил, как желудок прилипает к позвоночнику.
Наступила тишина. Было слышно, как сопел Айдар, отстёгивая ремни. Обзорный экран снова включился, и я не сразу решился повернуть к нему голову – нечто внутри всё же поддалось настроению окружающих и теперь запускало по телу волны мурашек.
– Почему её все называют голубой, но я вижу серо-синюю планету… – тихо произнёс Эджус, то ли спрашивая, то ли утверждая.
За последние сто лет мы прибрались на орбите, и теперь там не было мусора, да и спутников осталось совсем немного. Я помнил, как взлетал впервые с Сичана (космодром в Китае, прим. авт.). Тогда корабль продирался сквозь облака из отработавшего свой срок оборудования и кусков ракетоносителей. Даже цвет атмосферы в тот раз был другим: желтоватым, тусклым. Теперь всё выглядело словно отмытое и перекрашенное, а ещё добавилось очень много зелёного цвета.
– Новосибирск готов принять нас, – сказала Смешная.
Мы снижались по пологой спирали. Сначала два витка вокруг планеты, а потом несколько кругов над космопортом – большой ровной площадкой из композитных плит, похожей на плешь среди тропического леса. Сам город, перестроенный заново, полностью скрывался в зелени и был не видим сверху. Группа техников с транспортом уже ждала у края посадочной полосы.
Эджус и Айдар спустили вниз гибернационную капсулу, пока я заполнял документы передачи, а Василиса просто стояла у шасси корабля и смотрела на кромку леса. Было заметно, что она очень глубоко вдыхает воздух, чтобы вспомнить специфический запах. Земная атмосфера обладала уникальным ароматом, в котором выделялись цветы, влажная земля и прелая листва. Что-то похожее можно было ощутить на Надонии, если рискнуть находиться без защиты, но там ещё довольно сильно воняло болотом.
– Даже следов зимы не осталось, – сказала мне Василиса, поднимаясь по трапу, – От полюса до полюса тропический сад!
– Не осталось… – повторил я, погружённый в мысли о чужих, пытаясь найти хоть что-то в воспоминаниях короткого видео ультиматума.
Василиса бросила на меня озабоченный взгляд и решила не продолжать.
Я вспомнил принятый сразу после Пиратской закон о том, что каждый, кто оказывался по любой причине на родной планете после отсутствия на ней больше, чем на год, автоматически получал отпуск на месяц, при условии, что проведёт его, не покидая систему. Очень захотелось применить к себе эту статью и навестить родной городок, тем более что сверхзвуковой поезд домчал бы меня туда от Новосибирска меньше, чем за час. Когда-то он был на границе с Китайской федерацией, и мои родители обслуживали крупный железнодорожный узел. Как же они радовались, когда я прошёл отбор и вступил в космодесант.
– Отправляемся? – Василиса коснулась моего плеча.
– Да, конечно! – внезапно вырванный из задумчивости, я обнаружил себя сидящем в кресле второго пилота, крепко сжимающим маневровый штурвал.
– Вячеслав, Василиса! Срочное сообщение от главы Союза! – Айдар заглянул в кабину пилотов и тут же исчез.
