Пока с этим было туго. Он бродил по пустым залам, не глядя по сторонам. Гидденис подозревал, что он сейчас прошел бы мимо трупа или монстра, не удостоив их и взглядом. Он даже двигался лишь потому, что ему нужно было что-то делать.
Перед глазами снова стояло лицо Дианы, ненавидящее, окровавленное… Ради чего все это? Ради возвышения пацана из пробирки?
Гидденис не удержался, ударил первую попавшуюся трубу. Укрепленный металл под его рукой прогнулся и лопнул, кулак ушел в темную дыру. Острые края разрезали кожу, однако рана мгновенно затянулась. Грохот разлетелся по залу, эхом покатился по стенам, и Гидденис лишь надеялся, что мальчишка уже слишком далеко, чтобы это услышать.
– Полегчало?
Номер 2 был уверен, что он здесь один, и голос, тихий и вкрадчивый, застал его врасплох. Гидденис и сам был поражен тем, что ему удалось не вздрогнуть, неприятное удивление так и осталось спрятанным внутри. Он повернулся к говорившему так, будто не было в мире ничего естественней появления здесь номера 3.
– Что тебе нужно, Стефан?
Стефан Северин выскользнул из теней беззвучным призраком. Только он смог бы подкрасться вот так к Гидденису. Этот тип умел скрывать свое присутствие телепатически, и номеру 2 даже сейчас казалось, что он в зале один.
– Пришел проверить, как дела, – пожал плечами Стефан. – Что-то юный Рафаль слишком бодр для покойника.
– С чего бы ему становиться покойником?
– Когда-то же надо. Вот пусть и начнет сейчас, раз он во всем ранний.
– Я не собираюсь его убивать, – поморщился Гидденис.
– Тебе больше не доставляет удовольствия убийство первых номеров? – показательно удивился номер 3. – С каких пор?
Он бил по больному – он всегда это умел. Стефан напомнил ему, что дело не только в смерти Дианы. Они оба предпочли рискованную игру на Адране, и отменить это было нельзя. Особенно при том, что именно номер 2 уговорил Стефана перейти на сторону администрации Легиона. Он тогда гарантии давал… Он верил, что эти гарантии действительно существуют.
– Сгинь, – только и сказал Гидденис.
– И это все? Мы не о таком договаривались.
– Подай жалобу.
– Вот так, значит? – усмехнулся Стефан. – И все в Легионе с этим согласны?
– Если ты тонко намекаешь на совет, то я не знаю, кто там с чем согласен. Появления мальчишки никто не ожидал. Умники наши сработали очень грамотно: они его хранили в заводской упаковке до последнего. Да сам факт его существования так размазали по документам, что вроде и не придерешься, а толковых сведений нет! Ну а дальше, после объявления номеров, все быстро закрутилось, сам знаешь. У меня не было времени ничего обсудить.
– Меня это не устраивает.
– Сочувствую, – безразлично отозвался Гидденис. – Но ты вообще должен быть не здесь, у нас задание. Вот на задании и сосредоточься, а мальчишку оставь мне!
На этот раз Стефан не торопился с ответом. Он разглядывал Гиддениса льдистыми, будто нечеловеческими глазами. Номер 2 мог сколько угодно повторять себе, что он сильнее и в любой схватке наверняка победит. Под этим взглядом даже ему становилось не по себе.
Он с самого начала знал, что из Стефана опасный союзник. Но раньше ему казалось, что игра стоит свеч.
– Я понял тебя, – наконец улыбнулся ему номер 3. Мягко, почти кротко. – Конечно же, я отныне буду выполнять только мою работу, я очень нуждался в таком совете. Хорошо, что мы поговорили.
Сказал это – и отступил в тени, оставив после себя лишь желание немедленно кого-нибудь убить.
Ночью Ферония была так же прекрасна, как днем, только по-другому. Закрывались до утра одни цветы, но распускались другие, крупные, похожие на земные орхидеи, и на пионы, и на нарциссы. От коктейля их ароматов веяло дурманом и приятно кружилась голова. В густых зарослях пели, заливаясь, птицы – то ли колыбельную, то ли осанну этой ночи, и каждой ночи, в которую они еще живы.
Альда устроилась на небольшой скамейке перед декоративным озером. Над озером были подвешены крошечные круглые колокольчики, переливавшиеся серебром при каждом дуновении ветра. Неподалеку работали световые ловушки, привлекавшие больших, как птицы, и как будто пушистых местных мотыльков. Благодаря этому насекомые не погибали, но и не беспокоили любого, кому хотелось отдохнуть возле озера. Над Феронией полыхали непривычно крупные, совершенно незнакомые звезды, отраженные в спокойной воде.
Здесь Альда чувствовала, что восстанавливается. Картины окровавленных, изуродованных трупов уже не могли покинуть ее память, но могли хотя бы частично скрыться за великолепными образами, которые дарила эта планета. Когда тревога чуть отпустила, телепатка сосредоточилась на медитации. Альда уже знала, что на ферме нет никого, кроме них. Теперь она хотела расширить территорию проверки, дотянуться дальше – к шелестящим тяжелыми колосьями полям и цветочным равнинам. Может, хотя бы там притаились ответы? Вопросов ведь уже слишком много.
