– Всякие в жизни обстоятельства бывают. Они закон не нарушают, в конце концов, – с нажимом заметил Даулет.
– Заразу они разносят, говорю же, – Аскар бросил на Даулета недовольный взгляд, а затем махнул рукой. – Да ну их!
– Я смотрю, тут дороги со времен совка не ремонтировали, – отметил Даулет после очередного скачка машины.
– А ты думал, тут как в Астане – образцово-показательно?
– Нет, но не до такой же степени…
– Ты здесь еще многому удивишься, это тебе не закулисные интриги в международной компании, – сверкнул глазами Аскар и добавил с видом знатока: – Здесь всё на выживание. Здесь по особым законам рулят.
– Да уж… А где твоя ферма находится? – сменил тему Даулет.
– Ферма не моя, моих партнеров… Короче, сложно все это… без пол-литра не разберешься. Давай я тебя на квартиру отвезу, ты там отдохни, а позже встретимся и на ферму поедем.
– Да ладно, занимайся делами, а я тут пока осмотрюсь. Чего мне дома сидеть? Лучше прогуляюсь, вон возле ЦУМа оставь меня.
– Встречаемся здесь же через два часа, – сказал Аскар, останавливая машину.
После ареста Аскара дед велел Даулету носа на улицу не высовывать, а сам отправился в милицию, наказав Жазире-апа ни под каким предлогом не выпускать внука из дома.
– Ассалам алейкум, Жаке! – приветствовал деда начальник милиции, худощавый мужчина среднего роста с капитанскими погонами.
– Алейкум ассалам! Как дела, Галымжан? Как семья, все ли живы-здоровы?
– Слава богу, Жаке, – отозвался капитан, пожимая ему руку.
– Что же это у нас творится? Детей сначала сажают, потом убивают, – вздохнул дед.
– Не вмешивайтесь, Жаке, это плохая история. Беда в том, что и внуку вашему перепадет.
– При чем тут Даулет?
– Аскар Иманкулов на него показания дает. Они же вроде дружат с вашим Даулетом, – капитан жестом пригласил старика сесть.
– Какие еще показания? – удивился Жакен.
– Не знаю, но скоро за вашим внуком придут.
– Ты в своем уме? Как придут? За что? – вскочил со стула старик.
– Их следы, Аскара и Даулета, нашли около сарая, где Каната Бекишева убили. Теперь оба под подозрением.
– Зачем им Кану убивать?! Ты же его только вчера выпустил за отсутствием улик. И сам мне сказал, что ошибка вышла.
– Знал бы – ни за что б не выпустил. Брат его связан с Евлоевыми, он наркотики в город переправлял, а пацан то ли знал что-то, то ли украл… Иманкулов с вашим внуком тоже рядом с ним крутились. Если честно, мне самому запретили вмешиваться, из области недавно следователь приехал, – потупился Галымжан.
– Ну ты даешь! В поселке наших детей убивают, а ты вмешиваться не будешь?!
– Ой-бой, аксакал, вам легко рассуждать. «Наркотики», «дилеры» – я таких слов раньше и не слыхал! Эти братья Евлоевы, чтоб им!.. Жили бы себе в Ингушетии, а то устроили тут! Я ведь с Евлоевым Акмурзой в одном классе учился, мы даже дружили. Кто ж знал, что все так обернется, – развел руками капитан.
– Значит, ты пустое место?! А наши судьбы в руках преступников? Теперь все следователь из области решать будет! – воскликнул Жакен.
С этими словами он направился к выходу, хлопнув от досады дверью.
После встречи с начальником милиции Жакен зашел на почту и позвонил домой. Трубку взяла Жазира.
– Скажи Даулету, что я жду его у Ивана, – с горечью сказал Жакен.
– Жаке, неужели все так серьезно? – всполошилась Жазира.
– Некогда рассказывать, Жазираш, некогда. Быстро собери парня в дорогу и отправляй к Ивану. Сама уходи к дочери, а дом запри на замок. Я сам Даулета в область повезу. Не отдам единственного наследника на растерзание.
– Жаке, в городе у Мухтара можете остановиться, я позвоню, он вас встретит.
– Остановиться есть у кого, не стоит зря сына беспокоить, у него и без нас забот полно, – отрезал Жакен.
– Ну как скажешь, – вздохнула Жазира. – Удачи вам. Жолдарын болсын!
Однажды баба Тася вытащила Даулета из котлована со сточной водой, где он чуть не утонул, пытаясь достать свой бинокль. Она бросилась в грязную воду прямо в одежде. Уже на берегу обняла его, грязного и мокрого:
– Тяжело без мамочки, знаю, милый.
Даулет долго рыдал, прижавшись к бабе Тасе. Она молча гладила его по голове и тяжело вздыхала.
Она никому не рассказала о случившемся, даже Даулету ни разу не напомнила. Возможно, подумала, что тот хотел утопиться. Этот случай сблизил их. Даулет стал иногда приходить к соседям – просто посидеть с бабой Тасей. Она кормила его, усаживала рядом с собой и продолжала заниматься своими делами. Вязала, шила, мыла посуду, готовила. Никогда ни о чем не расспрашивала. Летом Даулет с Аскаром частенько таскали из огорода бабы Таси самую вкусную морковку и помидоры, а иногда и ранетки из палисадника, но она делала вид, что не замечает.
Иван был полной противоположностью жене и внешне, и по характеру. Большой, шумный и веселый, он вечерами играл на баяне и пел. Его репертуар включал все жанры от романса до частушек. На праздниках у соседей Иван выступал бессменным тамадой. После рюмочки-другой баба Тася, тоже повеселев, громко пела частушки.
