— Мой фетиш, наверное, но это безумно
возбуждающе, когда ты можешь с любого ракурса
смотреть на секс, — нервно отвечает он.
Я разворачиваюсь, чтобы теперь полностью осмотреть
комнату, огромную комнату, где по центру стоит
своеобразная кровать на пьедестале с четырьмя
высокими металлическими столбиками. Подойдя к
одному из них, мои пальцы дотрагиваются до цепи и
кожаного наручника.
— И много тут было секса? — спрашиваю я, заставляя
себя не ревновать, но все же это выходит резко и
неприятно отдаётся в груди.
— Я не девственник, Мишель, — отвечает он, а я
усмехаюсь, огибая постель и подходя к странному
креслу, очень похожему на гинекологическое.
— А что это? — я указываю на него, оборачиваясь к
Нику.
— Это место...в общем, место, где проходит
определённая сессия, — медленно поясняет он, подходя ко мне.
— Какая?
— Токовая или же импульсная.
— Не понимаю, — мотаю я головой, а он улыбается.
— Наверное, и не надо.
— А почему тут так пусто? — я снова осматриваю
зеркала вокруг, не находя ничего, что могло бы
подтвердить этот мир.
— В каком смысле?
— Ну там плетки, ремни...да не знаю я, чем ты ещё
пользуешься, — отвечаю я.
— Тут все есть, просто это скрыто, — отделает шаг
назад и легко дотрагивается до странной формы
зеркала. Раздаётся щелчок, и оно распахивается, затем ещё и ещё одно, являя моему изумлённому
взгляду стену, с разными извращёнными девайсами, подвешенными на крючки.
Я острожное подхожу к ним, дотрагиваясь пальцами
до плоской дощечки с вырезанным внутри кругом, и я
бросаю быстрый взгляд на руку Ника, где повторяется
рисунок татуировки.
— Это паддл, может разогреть кожу и принести
существенную боль, — поясняет Ник.
Я отрываю руку, обнимая себя, словно пытаясь
защититься от всего этого. Но тяжесть в груди
разрастается, когда я смотрю на всевозможные плети
с разными наконечниками, блестящими в алом свете, на непонятные щипцы, палки и даже трости.
Я должна, должна узнать глубже обо всём этом.
— Но ты говорил, что сессия проходит внизу, а тут ты, я так понимаю, только...только...
— Трахаюсь. Да, но иногда хочется ударить, причинить ещё боли или же меня просят об этом, поэтому это тут есть на всякий случай, — подсказывает он.
— А вот это, — я указываю вновь на стул, — это ты
пробовал?
— Да, я не пользуюсь такими вещами, не изучив их до
конца.
— И ты это делаешь с ними тут, а не внизу?
— Внизу тоже есть похожий набор, но это сделано
специально для меня. Его привезли месяц назад, и я
пока не пробовал его тут, — говорит он.
— Это больно?
— Если увеличить ток, то да. Но в основном многие, да большинство, находят это очень возбуждающим.
— А ты мог бы...мог бы показать мне, как это
работает? — я сглатываю от страха, но моя любовь
настолько желает утонуть здесь рядом с ним, что я
поддаюсь этому чувству.
— Нет, — качает головой Ник.
— Но почему? Я хочу попробовать. Ты сам говорил, что...что мне понравится. И ты...я знаю, что ты
опытный, ты не причинишь мне осознанно боль. Я
доверяю тебе и хочу тоже попробовать, что означает
этот ток, — неуверенно произношу я, делая шаг к
нему.
— Крошка, тебе не стоит это делать. Мы можем
поехать домой...
— Нет. Я. Хочу. Это. Я хочу, чтобы ты занялся сексом
со мной тут. Я хочу сесть на это кресло, и ты сделаешь
то, о чём я прошу. Ведь я добровольно пришла сюда, и
добровольно выбрала для себя допустимое. Я хочу
остаться тут. Позволь мне эту малость, — мой голос
приобретает уверенность, пока я говорю.
— Это не малость, Мишель. Но я дам тебе время
обдумать все, пока меня не будет, — кивает он.
— А ты куда? — я испуганно быстро подхожу к нему.
— Если ты хочешь, чтобы я трахнул тебя тут, то я буду
это делать долго. И под конец у тебя не будет сил, чтобы куда-то идти, а тем более одеться. Поэтому мне
надо самому переодеться, и принести одежду, в
которой я вынесу тебя отсюда. Ты хочешь увидеть
меня, как Топа, и я готов тебе это показать, но
предупреждаю, что это может быть для тебя слишком.
И тогда ты скажешь стоп-слово, после которого я
прекращу любое воздействие на твоё тело. Это
серьёзное решение, Мишель, — чётко говорит он, и я
киваю.
— Хорошо, иди. Я останусь тут и подумаю, — говорю
я.
Ник разворачивается и выходит из комнаты, оставляя
меня одну. Я знаю, что тут тепло, но моя кожа
покрывается мурашками. Готова ли я на это? Могу ли
я перебороть страх, который сейчас переполняет
тело? Но я ведь доверяю ему, он ещё ни разу во
время секса не причинил мне ту боль, которую я бы не
смогла вытерпеть. Но все же волнение и незнание
ничего из этого мира, заставляет меня задышать чаще
и присесть на край постели.
Меня передёргивает от мысли, что он тут был со
многими. И теперь понимаю, почему я захотела
именно это кресло. Оно было новым, неиспользованным и это будет тут для него, как и для
меня, в первый раз.
Я слышу за спиной, как открылась и закрылась дверь, и оборачиваюсь, смотря на Ника, бросившего на пол
одеяло и что-то.
— Не передумала, — уверенно говорю я.
— Я даже не сомневался, — смеётся Ник, и теперь, только отмирая от своей уверенности, я вижу, что он
переоделся в похожие, что и были в ту ночь, лёгкие
чёрные штаны, а его торс оголён, и он босиком.
