Я перевела взгляд на светящийся шкафчик с
бутылками вина, виски, шампанского, и длинную барную
стойку в противоположной стороне от рояля. Напротив
дивана был огромный телевизор без единого намёка на
использование. Ни дисков, ни пульта, ничего. Вообще, создавалось ощущение, что тут никто не живёт, это некая
студия для портфолио и не более. Но ведь я чувствую в
каждой вещи этой комнаты самого хозяина.
До моих ушей доносится странный шум, я мотаю
головой на свои мысли и быстро шагаю ко входу, останавливаясь недалеко от дивана, там, где меня
оставила эта грубиянка. Глупый интерес к интерьеру
исчезает мгновенно, и на смену приходит напряжение. Я
смотрю в темноту, ожидая крика, грубого выставления за
дверь, и сама готова ругаться, но то, что предстаёт
передо мной, приводит в онемение, что кончики пальцев
на ногах начинает покалывать.
На меня медленно, величественно и недружелюбно
двигалась огромная собака чёрного цвета, я замерла от
страха на месте. Если я не ошибалась, то это был
немецкий дог.
Боже, я боюсь этих существ, они ведь животные и
неимоверно опасны. Я не хочу умирать сегодня.
— Мамочки, — пищу я, делая шаг назад, на моё
движение собака оскаливается и издаёт громкий лай.
Я готовлюсь к тому, что она кинется на меня, вцепится
в горло, и мысленно ищу варианты спасения, но ни она, ни я не двигались. Про себя я судорожно вспоминала
всевозможные молитвы, путая слова, но вариантов у
меня не было, только надежда на чудо. По моей спине
скатился холодный пот, пока я с распахнутыми от страха
глазами смотрела на собаку.
Раздался шум, громкие разговоры, но моё внимание
было приковано к этому чёрному чудовищу. Через
несколько секунд вошёл, а точнее, влетел Ник, быстро
оценив ситуацию.
— Шторм, сидеть, — приказывает он собаке твёрдым
голосом, и та тут же подчиняется, но не сводит с меня
своих чёрных глаз.
— Он сейчас съест меня, — выдавливаю я из себя. — Я...я всё поняла...мне тут не рады... я ухожу, только
подержи его... пожалуйста.
Я делаю одно резкое движение назад, почему-то
потеряв все ориентиры, где выход, и упираюсь в боковину
дивана, не устояв на дрожащих ногах, я лечу назад с
громким криком и прощаюсь с белым светом, зажмуривая
глаза.
Я слышу своё быстрое дыхание, как и сердце, голова
шумит, а тело окоченело от происшедшего.
— Шторм, место, — сквозь все свои жизненные
процессы, я слышу голос Ника, и понимаю, что я жива, всё хорошо, а под моей спиной мягкая обивка. Я
открываю глаза и привыкаю к неяркому освещению.
— Мишель, — надо мной появляется нахмуренное
лицо Ника, но уже через пару секунд он едва сдерживает
смех, потому что я лежала, как кукла на диване, раскинув
руки и ноги, глупо моргая.
Только сейчас мой мозг просыпается, и я замечаю, что
Ник обнажён до пояса, а его руки перебинтованы белыми
повязками. Его упругая кожа блестела, и я сглотнула, беззастенчиво поглощая красоту его тела.
Да он, чёрт возьми, глянцевый! Он мечта всех
обложек про фитнес и спорт комплексов. Накаченный
пресс с чёткими кубиками, бугры мышц, привели меня
внутри в восторг, как человека, стремящегося к
идеальному телу. Да, и только поэтому.
— Всё нормально? — тихо спрашивает он, его
настроение уже изменилось, как и тембр голоса, пока я
вылупилась на него, как на произведение искусства, и он
подаёт мне руку. Я, все ещё смотря на его грудь с едва
заметными тёмными волосами и шоколадными сосками, вкладываю свою в его, и он рывком поднимает меня на
ноги, тут же отстраняясь, складывая руки на груди и
изгибая вопросительно бровь.
Чёртов десерт! Да почему же ты такой сладкий-то, что
мне срочно необходим стакан воды?!
Теперь я чувствую себя как полная неуклюжая
идиотка против этого большого и шикарного мужчины в
одних тренировочных серых штанах, довольно низко
сидящих на бёдрах, что кромка белых боксёров была
отчётливо видна. Я закрываю глаза на долю секунды, чтобы сбросить с себя это ненужное наваждение, и
открываю их, поднимая голову и концентрируясь на лице
Ника.
— Это..., — я ткнула пальцем в собаку, всё так же
сидящую и наблюдающую за мной. В моей голове
промелькнуло сравнение собаки и хозяина, они были
похожи оба таящие в себе немыслимую силу и опасность.
Неконтролируемые существа.
— Это Шторм, — поправляет он меня недовольный
тем, что я чудовище назвала «это».
— Ну да, Шторм. Он не цапнет меня, если я сейчас
пройду мимо? — уточняю я, уже готовая бежать отсюда к
черту.
— А ты собираешься проходить мимо? — с усмешкой
произносит он, и я быстро киваю в подтверждение его
догадки.
— Что ты тут делаешь? — его голос меняется на
серьёзный, даже грубый, и он сужает глаза, ожидая
ответа.
— Пришла...хотела спросить про Люка, — я нервно
пожимаю плечами, проклиная себя за все свои поступки, касающиеся Ника.
— И всё? — требовательно спрашивает он.
— Да...нет...не знаю, — я слабо улыбаюсь, чтобы хоть
как-то загладить свою заикающуюся речь, и снова
ощущаю себя дурой, но это чёрное существо меня
безумно выводит из состояния равновесия, и я не помню, как вообще разговаривать.
— Он пугает меня...сильно, — признаюсь я, взглянув
на собаку.
— Подойди к нему, он ничего не сделает, если не
будет чувствовать опасность. А ты вряд ли сейчас
