Он целует меня по другому, трогает нетерпеливо, словно… словно у него с нашей брачной ночи и не было никого, хотя это не так, конечно. Я уверена, что не так. Но обманываюсь. Лелею это чувство особенности, которое он показывает мне. Всем своим поведением активно транслирует.
Прикасается, оставляя обжигающие дорожки на теле. Целует глубоко и откровенно. Я вся рядом с ним и под ним чувствую себя той самой особенной женщиной, которую любят. И хоть я знаю, что любви у него ко мне нет, но точно уверена, что есть что-то другое. Что-то, что в будущем может перерасти в любовь. Потому что иначе так не смотрят и так не прикасаются, не целуют.
Голова идет кругом от нашей близости. Жар дыхания сбивает с толку. Я судорожно перебираю пальцами по мышкам на его руках, плечах, пояснице. Всего его исследую, все еще не веря, что человек, которого люблю, рядом. Что его «на одну ночь» переросло во что-то другое. Я ведь и надеяться не могла, что так будет.
От глубокого толчка выгибаюсь. И царапаю непроизвольно спину Рустама. Жду, что скажет не оставлять следов. Любой недовольной реакции жду, но он только целует. Проникает в рот языком, испаряя из головы все мысли. Точнее, не все. Те, которые не относятся непосредственно к процессу.
Оставляя только глубокое дыхание, неприличные звуки слияния наших тел и мой громкий вскрик. Гораздо громче, чем я кричала в первый раз. И дольше, потому что в этот раз мне хорошо как-то по-другому. По-особенному. Иначе. Слишком долго. Тело вздрагивает, легкие импульсы тока скользят по телу.
Слишком…
Все это слишком…
Не так, как я себе представляла. Но об этом я думаю уже потом, когда Рустам с глухим полустоном замирает во мне. А затем, не отстраняясь, сгребает меня в охапку и ложится на бок. Вместе со мной.
Его член мягко выскальзывает из меня, но я остаюсь лежать на его массивной руке. И дышать им. Вдыхать его будоражащий запах и думать, что сплю. Потому что в действительности все это я все еще не могу представить.
Хочется тут же поговорить. Спросить, что значит это все и как мы теперь дальше будем. Чего ждать. Но Рустам, судя по тому, как он раскидывается на кровати, буквально звездой, разговаривать не намерен.
И я замолкаю. Остаюсь лежать у него на руке и перебирать пальцами по волосам на груди. Он не отталкивает, молча лежит с закрытыми глазами.
В какой-то момент думаю, что уснул, но затем вижу, как распахивает глаза. Смотрит сначала в потолок, а потом на меня. В этот момент у меня дыхание спирает от всего того спектра эмоций, которыми он со мной делится.
Там что угодно, но не сожаление, которого я ожидала. Отчего-то до последнего думала, что все это — ошибка. Даже несмотря на все реакции, сомневалась, боясь поверить. Но нет. Не ошибка. Рустам прекрасно осознает, с кем он сейчас. И то, как он встает, а затем подхватывает меня на руки, неся в ванную, окончательно выбивает меня из колеи. Потому что я по-разному представляла то, как мы можем дойти до отношений. Но и подумать не могла, что они будут такими, какими я их всегда представляла.
Рустам одним движением распахивает душевую кабинку, ставит меня на ноги и заходит следом. Одним нажатием включает воду, и я вскрикиваю, потому что течет холодная. Льну к нему, будто он может меня спасти. И расслабляюсь только когда начинает течь теплая, а затем и в меру горячая.
— Мы поговорим, — произносит Рустам, словно читая мои мысли. — Но завтра, хорошо. Я пиздец устал от сегодняшнего вечера.
И я ему верю. Как-то безоговорочно, еще не зная, что завтра услышу.
— Врешь! — доносится с кухни голос персонала. — Как всегда — придумываешь!
— А вот и нет! У него в комнате она спит, можешь пойти и проверить.
Я останавливаюсь прямо перед дверью. Прислушиваюсь к перешептыванию, но ничего не могу разобрать.
— Вот уж Катерина будет недовольна, — замечает кто-то из девушек.
— Думаешь, она узнает? — спрашивает, другая.
— А то как же! Даже у стен есть уши, а здесь… уф-ф-ф! Расскажут!
— А мне кажется, что время Екатерины прошло, — слышу голос девушки, которая до этого молчала.
Вот не знаю, кто она, но она уже мне нравится! Зрит прямо в корень, так сказать! Время Екатерины в прошлом! Я тоже на это надеюсь. Хотя нет, не так. Я ведь уверена в этом? После того, как мы с Рустамом провели ночь, как он обнимал меня во сне, как поцеловал утром в щеку, когда уходил. Я спала, но почувствовала сквозь сон прикосновение. Не верю, что он к мисс-продольный шпагат после всего поедет. Разве что, чтобы поговорить. Расставить все точки над ё.
— Катя была всегда, — голос очередной сплетницы звучит уверенно. — Вспомните, разве это первый раз, когда Рустам Амирович ночует с женщиной? И где они все? А Екатерина до сих пор с ним. Она была до, во время и будет после, вот увидите!
Повисает пауза. Видимо, не одна я тут за дверью поражена наглостью девицы. Такое ощущение, что она, как минимум, сестра этой Белозубовой. И переживает за нее, как за свою родную кровинушку.
Не выдержав, толкаю дверь. И походной гордой львицы захожу на кухню, собирая ошарашенные взгляды.
