Такое совпадение компетентных мнений, безусловно, убедительно. Хорошо известно, что Филипп Красивый на протяжении всего своего правления испытывал колоссальные финансовые трудности и использовал все средства для восполнения дефицита бюджета: налоги, принудительные займы, конфискации, штрафы и манипуляции с монетой. В 1306 году воцарение мира во Фландрию поставило его в щекотливое положение: он больше не мог оправдывать налоги войной, фламандцы не выплатили 400.000 ливров компенсации, предусмотренной Атисским договором на которую возлагались большие надежды, а дворяне и бюргеры требовали возврата к полновесной монете, что требовало дополнительных поставок драгоценных металлов. Совпадение между решением о ревальвации валюты 8 июня и началом конфискации еврейской собственности 21 июня, по меньшей мере, не случайно. Вполне вероятно, как считают историки С. R. Schwarzfuchs (1967 г.) и Н. Голб (1998 г.), что между этими двумя решениями существует связь. Селин Баласс более осторожно допускает, что "возможно, что конфискация еврейской собственности изначально проводилась с целью обеспечения казначейства быстрой ликвидностью для поддержки восстановления полновесной монеты".
"Но, — добавляет она, — источники показывают, что конфискация была проведена не только с этой целью". Проблема в том, что официальные документы 1306 года не дают никакого обоснования решению об изгнании и конфискации. Евреев изгоняют даже не объясняя причин. В инструкции, данной 21 июня 1306 года высшим чиновникам, говорится, что король дал им
Это была ошибка в суждениях. Правда, как мы уже говорили, традиционный образ еврея во французском обществе в течение тринадцатого века неизменно ухудшался. Но недоверие не мешало экономической деятельности. Во всех социальных кругах существовала потребность в процентных ссудах, даже в скромных крестьянских семьях. Недавнее исследование А. Хольтмана показало, например, что процентная ссуда являлась очень важным инструментом для развития еврейской общины, например, между 1300 и 1306 годами евреи Везуля выдали 170 небольших ссуд в среднем под 10–13 процентов семьям ремесленников и крестьян для покупки основных продуктов или уплаты налогов. Кроме того, купцы и дворяне часто пользовались услугами еврейских ростовщиков. Как писал Вильгельм Шартрский в 1276 году, поскольку ссуды под проценты были грехом, но экономика не могла без него обойтись, лучше было обратиться к людям, которые уже были заранее прокляты: "Люди не могли жить без ссуд, не могли обрабатывать землю, не могли заниматься торговлей и бизнесом, и было гораздо лучше, чтобы евреи, которые уже были прокляты, осуществляли это, а не христиане, которые при этом угнетали народ еще более тяжелым бременем". Это утверждение было проверено много раз: процентные ставки, требуемые ломбардцами, почти всегда были выше, чем у евреев.
Об этом же говорит нормандский летописец вскоре после 1306 года, заявляя, что народ сожалел об уходе евреев: "В 1306 году евреи были изгнаны из королевства Франции, что было бы хорошо, если бы это не было связано с большими неудобствами, потому что много раз случалось, что некоторые люди, даже если они были очень знатны, имели большую потребность в деньгах, потому что потеряли свое наследие, или подверглись наказанию, или большому штрафу и не могли быстро вернуть свои долги, то прибегали к займам под ростовщические проценты, и тем самым поправляли свое положение. Ведь некоторые христианские банкиры и кредиторы требовали возвращать вдвое больше чем еврейские ростовщики".
