Философская драма полностью

АФРАНИЙ: О, прокуратор может быть уверен в том, что, пока я в Иудее, Вар не сделает ни шагу без того, чтобы за ним не шли по пятам.

ПИЛАТ: Теперь я покоен, как, впрочем, и всегда спокоен, когда вы здесь.

АФРАНИЙ: Прокуратор слишком добр!

ПИЛАТ(помолчав): А теперь прошу сообщить мне о казни.

АФРАНИЙ: Что именно интересует прокуратора?

ПИЛАТ: Не было ли со стороны толпы попыток выражения возмущения? Это – главное, конечно.

АФРАНИЙ: Никаких.

ПИЛАТ: Очень хорошо. Вы сами установили, что смерть пришла?

АФРАНИЙ: Прокуратор может быть уверен в этом.

ПИЛАТ: А скажите… напиток им давали перед повешением на столбы?

АФРАНИЙ: Да. Но… он… отказался его выпить.

ПИЛАТ: Кто именно?

АФРАНИЙ: Простите, игемОн! Я не назвал? Га-Ноцри!

ПИЛАТ: Безумец!.. Умирать от ожогов солнца! Зачем же отказываться от того, что предлагается по закону? В каких выражениях он отказался?

АФРАНИЙ: Он сказал, что – благодарит и не винит за то, что у него отняли жизнь.

ПИЛАТ: Не винит?.. Кого?

АФРАНИЙ(после паузы): Этого он, игемон, не сказал…

ПИЛАТ: Больше – ничего?

АФРАНИЙ: Больше ничего.

ПИЛАТ(налив себе вина и выпив до дна): Дело заключается в следующем: хотя мы и не можем обнаружить – в данное время, по крайней мере, – каких-либо его поклонников или последователей, тем не менее ручаться, что их совсем нет, – нельзя. И вот, во избежание каких-нибудь сюрпризов, я прошу вас немедленно и без всякого шума убрать с лица земли тела всех трёх казнённых и похоронить их в тайне и тишине, так, чтобы о них больше не было ни слуху, ни духу.

АФРАНИЙ(вставая): Слушаю, игемон. Ввиду сложности и ответственности дела, разрешите мне ехать немедленно.

ПИЛАТ: Нет, присядьте ещё. Есть… ещё… два вопроса. Первый – ваши громадные заслуги на труднейшей работе в должности начальника тайной службы при прокураторе Иудеи дают мне приятную возможность доложить об этом в Риме.

АФРАНИЙ(порозовев, встал и поклонился): Я лишь исполняю свой долг на императорской службе.

ПИЛАТ: Но я хотел бы просить вас, если вам предложат перевод отсюда с повышением, отказаться от него и остаться здесь. Мне ни за что не хотелось бы расстаться с вами. Пусть вас наградят каким-нибудь иным способом.

АФРАНИЙ: Я… счастлив служить под вашим начальством, игемон.

ПИЛАТ: Мне это очень приятно. Итак… второй вопрос… Касается он этого… как его?.. Иуды из Кириафа… Говорят, что он деньги будто бы получил за то, что так радушно принял у себя этого… безумного?

АФРАНИЙ: Получит.

ПИЛАТ: А велика ли сумма?

АФРАНИЙ: Этого никто не может знать, игемон.

ПИЛАТ: Даже вы?

АФРАНИЙ: Увы, даже я… Но – что он получит эти деньги сегодня вечером, это я знаю. Его сегодня вызывают во дворец Каифы.

ПИЛАТ: Ах, жадный старик из Кириафа! Ведь он – старик?

АФРАНИЙ: Прокуратор никогда не ошибается, но на сей раз ошибся: человек из Кириафа – ещё достаточно молодой человек.

ПИЛАТ: Скажите!.. Характеристику его вы можете мне дать? Фанатик?

АФРАНИЙ: О нет, прокуратор.

ПИЛАТ: Так… А ещё что-нибудь?

АФРАНИЙ: Некоторые говорят, что он очень красив…

ПИЛАТ: Вот как!..

АФРАНИЙ: Впрочем, это дело вкуса. Для кого как!..

ПИЛАТ: А для вас?

АФРАНИЙ: Для меня – не очень.

ПИЛАТ: Не очень?.. А… а ещё? Имеет, может быть, какую-нибудь страсть?

АФРАНИЙ(пожав плечами): Трудно знать так уж точно всех в этом громадном городе, прокуратор…

ПИЛАТ:

О нет, нет, Афраний! Не преуменьшайте своих заслуг.

АФРАНИЙ(помолчав): Наверняка у него есть только одна страсть, прокуратор… Страсть к деньгам.

ПИЛАТ(тоже помолчав): А… он чем занимается?

АФРАНИЙ: Он работает в меняльной лавке у одного из своих родственников.

ПИЛАТ: Ах, так, так, так, так… Так вот в чём дело… Я получил сегодня сведение о том, что… его… его зарежут этой ночью.

АФРАНИЙ(после паузы): Вы, прокуратор, слишком лестно отзывались обо мне. По-моему, я не заслуживаю вашего доклада. У меня этих сведений нет.

ПИЛАТ: Нет – нет, Вы достойны наивысшей награды, но… сведения такие имеются.

АФРАНИЙ: Осмелюсь спросить, от кого же эти сведения?

ПИЛАТ: Позвольте мне пока этого не говорить, тем более, что они случайны, темны и недостоверны. Но я обязан предвидеть всё. Такова моя должность. А пуще всего я верю своему предчувствию, ибо никогда ещё оно меня не обманывало. Сведения же заключаются в том, что кто-то из тайных друзей Га-Ноцри, возмущённый чудовищным предательством этого менялы, сговаривается со своими сообщниками убить его сегодня ночью, а деньги, полученные за предательство, подбросить первосвященнику с запиской: «Возвращаю проклятые деньги»…

Пауза.

АФРАНИЙ: Как? «Возвращаю проклятые деньги»?..