«Вся природа является для него (т. е. для Гегеля, Авт.) только повторением в чувственной внешней форме логических абстракций» (Маркс).
В общей форме Гегель выражает это следующим образом:
«Природу следует рассматривать, как систему ступеней, из которых одна необходимо вытекает из другой и составляет ближайшую истину той, из которой следует: однако, это происходит во внутренней идее, составляющей основу природы, а не так, чтобы одна ступень естественно порождала другую. Метаморфоза совершается только в понятии, как таковом, так как только изменение его есть развитие». «Мыслящее исследование должно отказаться от таких туманных (!!), в основе чувственных представлений, каково в особенности учения о т. н. происхождении (Hervorgehen), например, растений и животных из воды или более развитых животных организмов из низших организмов».[364]
При этом во главу угла ставится телеологическое понимание. «Истинное» телеологическое понимание — такое понимание является наиважнейшим — состоит, следовательно, в том, что природа рассматривается как свободная в её своеобразной живой деятельности (Философия Природы[365]). Вся «Философия природы», как мы неоднократно имели случай убедиться, густо набита мистическими идеями.
Три главные ступени природы соответствуют движению понятия от всеобщего через особенное к единичному. Эти три ступени суть: всеобщая телесность, телесность особенная и телесность единичная, причём последняя образует, будучи единством всеобщего и особенного, живую индивидуальность, организм. Соответственно этому мы имеем дело с материей вообще, все неопределённости и бесформенности, затем физическую индивидуальность и, наконец, жизнь, т. е. механику, физику и органику (ср. «механизм», «химизм» и «телеология» в большой «Логике»).
Но «цель природы» состоит в том, чтобы умертвить себя, прорвать кору своей непосредственности, чувственности, сжечь себя, как феникс, и затем из этой внешности, помолодев, «явиться в виде духа».
Отсюда переход к философии духа. В «Философии Духа» речь идёт об идее, но уже об идее в её бытии для себя, т. е. идее, познающей самое себя, самосознающей идее. Гегель занимается в этой работе как проблемами психологии, так и объективированными формами сознания и их общественно-материальным субстратом. Это представляется у него в такой форме:
1. Наука о субъективном духе (антропология, феноменология духа, психология):
2. Наука об объективном духе (право, мораль, нравственность).
Нравственность кончается государством. Отдельные работы, стоящие в ближайшей связи с «Философией Духа», это — «Философия права» и «Философия истории».
Учение об Абсолютном Духе, являющееся последней частью философии духа, как таковой, составляет предмет философии искусства (здесь абсолютный дух созерцает себя), философии религии (здесь абсолютный дух представляет себя) и философской истории философии (здесь абсолютный дух знает себя). Эти темы, как известно, были предметом гегелевских «лекций».
В частности, интересно отметить, что развитие понятия соответствует у Гегеля развитию (историческому развитию) различных философских систем, а эти последние являются у него «моментами» его собственной философии, в коей они находятся в «снятом виде»: никакая философская система , т. о. не отбрасывается a limine, не уничтожается, а преодолевается, отрицается в гегелевском смысле, т. е. «снимается».
Из этого поневоле беглого обзора гегелевской системы видна грандиозность и энциклопедичность величественного философского здания, настоящей Хеопсовой пирамиды философского идеализма. Так как Гегель был энциклопедически образованным человеком, вобравшим всю сумму знаний своей эпохи, то, немудрено, что у него мы находим громаднейшее количество плодотворных мыслей. Но если взять его систему, как систему, то она рушится и рассыпается во прах.
