– Боюсь, вероятность этого не слишком велика, – сказал Финеас, который, возможно, понял из слов собеседницы больше, чем она желала.
– О, не оставайтесь холостяком! – воскликнула та. – Мужчина должен вступать в брак как можно скорее, тем более в ваших обстоятельствах.
Перейдя в гостиную после ужина, дамы, разумеется, не могли не обсудить мистера Монка. Присутствовали миссис Каллаган, хозяйка пивоварни, и старая леди Блад из Бладстоуна, которая обычно не снисходила до ужина у кого-либо из обитателей Киллало, кроме епископа, но не могла отказаться от встречи с британским министром, и миссис Стакпул из Сиксмайлтауна, дальняя родственница семьи Финн, которая ненавидела леди Блад со всем пылом истинной провинциалки.
– Не вижу в нем ничего особенно необычного, – заявила леди Блад.
– Я нахожу его весьма приятным джентльменом, – заметила миссис Флад Джонс.
– И такой скромный, ни дать ни взять обычный человек, – произнесла миссис Каллаган, в чьих устах это была наивысшая похвала.
– Да уж, и правда совершенно обычный, – обронила леди Блад.
– А чего, интересно, вы ждали, леди Блад? – спросила миссис Стакпул. – В Лондоне люди ходят на двух ногах – так же, как в Эннисе.
В Эннисе родилась и воспитывалась леди Блад, в то время как миссис Стакпул приехала из Лимерика, города куда более значительного, и потому упоминание о свойствах уроженцев Энниса содержало в себе шпильку, которую леди Блад поняла прекрасно.
– Моя дорогая миссис Стакпул, как передвигаются в Лондоне, мне известно не хуже вашего. – Леди Блад однажды, когда еще был жив сэр Патрик, провела в столице целых три месяца, тогда как миссис Стакпул бывала там разве что проездом.
– Не сомневаюсь, – фыркнула собеседница. – Только я никак не могу взять в толк, что такое люди ожидают увидеть. Мистер Монк, верно, должен был явиться со звездами на груди, тогда леди Блад была бы довольна.
– Драгоценная миссис Стакпул, министры кабинета звезд не носят, – возразила леди Блад.
– А я и не говорила, что носят, – парировала та.
– Он такой милый, и обращение у него самое любезное, – сказала миссис Финн. – Говорите что хотите, а только мужчины высокопоставленные частенько задирают нос. Однако должна сказать, что этот почтенный джентльмен, друг моего сына, лишен подобных замашек.
– Совершенно лишен, – согласилась миссис Каллаган.
– И даже совсем напротив, – кивнула миссис Стакпул.
– Не сомневаюсь, он превосходный человек, – промолвила леди Блад. – Я лишь хочу сказать, что не услышала из его уст ничего примечательного. А что до людей из Энниса, ходящих на двух ногах, так в Лимерике я видела, как ослы делают то же самое.
Все знали, что у миссис Стакпул имелось два сына, которые жили в Лимерике и звезд с неба не хватали. Посему после этого замечания леди Блад речи о мистере Монке больше не было, ибо потребовались все добродушие миссис Финн, вся деликатность миссис Флад Джонс и вся энергия миссис Каллаган, чтобы стычка между миссис Стакпул и леди Блад не переросла в беспощадную войну.
Планы мистера Монка позволяли ему пробыть в Киллало неделю, после чего ему предстояло отправиться в Лимерик, а оттуда в Дублин. Ожидалось, что в обоих местах он посетит официальные ужины и произнесет речи о правах арендаторов. Предвидя, что Финеас, оказавшись на подобной встрече, может чрезмерно увлечься, мистер Монк советовал ему остаться в Киллало, но для нашего героя такая сдержанная осмотрительность была непереносима. Мистер Монк приехал в Ирландию как друг, и потому Финеас намеревался сопровождать его на протяжении всего путешествия.
– Едва ли меня попросят выступить, – сказал Финеас, – а если и попросят, я могу ограничиться несколькими словами. Что такого произойдет, если я выскажу свое мнение?
– Это может повредить вашему положению в Лондоне.
– Что ж, придется рискнуть. Я не намерен вечно молчать ради должности помощника статс-секретаря по делам колоний.
По этому поводу мистер Монк имел сказать очень много – что и повторял с завидным постоянством. Несмотря на все его увещевания, однако, Финеас отправился с ним в Лимерик и Дублин.
