«Имею честь, — доносил капитан-командор, — ва тему сиятельству донести об обстоятельствах мое го плавания, а из приложенных при сем примерных карт усмотреть соизволите, каким опасностям мы были подвержены, особенно при туманах, будучи всегда во льдах. Прошли на виду льда до самой невозможности, но не оставляя ни одной бухты или залива, ко торые бы не были нами осмотрены. Напоследок убедились, что положение льда простирается с севера на восток, и обойдя северо-западный конец Шпицбергена, соединяется с землею. С вероятностью заключить можно, что северный проход невозможен».
Однако все аргументы и доводы Чичагова пролетали мимо ушей Чернышева, и он так и не сумел «разубедить графа Чернышева в его понятиях о Северном море». Естественно, настроение своего докладчика разделяла и императрица, разочарованная итогами экспедиции13. Только личный доклад Чичагова и его доводы несколько смягчили «гнев и недовольство императрицы». Выслушав капитан-командора, она распорядилась подготовить указ — «Желая оказать нашу милость и удовольствие за приложенное старание, к достижению до повеленного предмета, бывши в некоторой экспедиции на наших флотских офицеров, а именно: капитана бригадирского ранга Чичагова, капитана первого ранга Панова, капитана второго ранга Бабаева, капитан-лейтенантов Борноволокова, Пояркова, лейтенанта Рындина, всемилостивейше повелеваем нашей адмиральской коллегии производить им вечный пансион, награждение сделать и про чим бывшим с ними нижним служителям, которые то заслужили, дабы все, видя столь отличные наши милости, усердным и тщательным исполнением п таковых им порученных делах, такого же жребия до-гтайными оказать себя старались».
Без роздыха приступил Чичагов готовить экспедиции для кораблей в Кронштадте. В те годы корабельные команды были укомплектованы едва ли не напо-цонину и то необученными рекрутами, о чем не раз до-I ладывали Адмиралтейств-коллегии Мордвинов и Сниридов. Да и кораблей добротных на Балтике не хватало. Архангельские верфи существенно подкрепляли Балтику, и вскоре командиром Архангельского порта назначили Чичагова.
Хорошо знакомый с обстановкой Чичагов понача-iy пресек казнокрадство и злоупотребления. Вместо четырех линейных кораблей на стапелях Соломбаль-еких верфей заложил шесть единиц.
