С падением Видо и передовых укреплений Новой крепости участь Корфу была решена. Ключ от мор-пои порот цитадели был в руках Ушакова. С высот Ии до открывалась возможность беспрепятственного обстрела Старой крепости. Стремительный штурм басни шов на острове и Новой крепости показал францу-1мм. что им противостоит иной, совершенно отличный противник от всех, встречающихся ранее, австрийцев, итальянцев, турок... В ожесточенных рукопашных схватках на бастионах и укреплениях Святого Рока и < альвадора, в Новой крепости, французы явно уступали русским матросам и солдатам. Дело было только мп времени, и, видимо, это хорошо уяснили себе фран-ил'зские генералы.
11е успели возобновиться утром следующего дня атаки французских укреплений, как на стенах последней Старой крепости показались белые флаги. Флагман приказал немедленно прекратить огонь.
Па борт «Святого Павла» поднялись три французских офицера-парламентера. Комиссар Директории Дюбуа просил начать переговоры о сдаче крепости. Ушаков немедля вручил ответ парламентерам: «До «•дачи крепости Корфу, дабы не проливать напрасно кровь людей, я на договоры согласен». Вызвал адъютанта Балабина и тотчас отправил его к французам.
lice условия, предложенные русским флагманом, были приняты.
Все крепости со всем находящимся в них, а также корабли сдавались победителям по описи. Сдавшийся | мрнизон перевозился в Тулон с договором под честное слово — 18 месяцев не применять оружие против coin.шиков.
20 февраля комиссар Директории Дюбуа и генерал штаба подписали капитуляцию.
Ранним утром 22 февраля на стеньгах флагмана запестрел сигнал: «Обеим эскадрам сняться с якоря И идти линией по всему рейду на якоря». Корабли п цели предосторожности окружили крепость.
В полдень французский гарнизон, выходя из крепости, положил перед фронтом наших войск ружья и знамена. На всех крепостях и плененных кораблях взвились русские флаги.
На верхней палубе «Святого Павла» у мачт и на реях, на батарейных деках в открытые порты глазели торжественно-радостные матросы.
— Ух ты, француза поперли здорово...
Ушаков подозвал Пустошкина, и ему тоже передалось это ликующее состояние команды. Простым глазом просматривалось, как, опустив голову, понуро отходили в сторону французы.
— Федор Федорович, а сия виктория наша над войсками Директории впервой в кампании против французов...
