В середине сентября, на переломе лета и осени, как бывает зачастую в средних и приполярных широтах Мирового океана, погода начала меняться к худшему. В день осеннего равноденствия штормовое море, буше вавшее несколько дней, показало характер. На фрегате начало рвать подобранные паруса, ночью переломило нижний рей на грот-мачте. Свободный от вахты Корнилов не спал, а услышав шум, выскочил на палубу. Он первым, раньше боцмана, оказался у грот-мачты. Пока поспел боцман с матросами, он успел при-найтовить болтавшийся обломок к фальшборту, привязав его накрепко шкотами. Шторм к утру пошел на убыль, и фрегат направился к родным берегам.
В полдень 5 октября «Проворный» стал на якорь в Кронштадте, и на фрегате вскоре знали, что в Кронштадт из Архангельска прибыли линейные корабли «Азов» и «Иезекиил», под командой капитана 1-го ранга Лазарева.
В Кронштадте только и было разговоров о строгих порядках на «Азове», но хвалили командира за образцовый корабль. Император сам приехал на «Азов». Молча прошел по всем палубам, задержался на артиллерийских деках. Слушал объяснения командира, чуть наклонив голову, упершись взглядом в орудийные станки... Покидая «Азов», бросил министру:
— Сии новшества полезны. Надобно их впредь исполнять на всех прочих новых кораблях...
Что может быть приятней для честолюбивого командира и экипажа чем лестная оценка результатов его труда самим императором.
Но не только экипаж «Азова» гордился своим командиром, многие офицеры в Кронштадте, в том числе и Корнилов, хотя и слышали о суровом нраве и дотошности Лазарева, желали попасть на «Азов».
К тому же мичман Корнилов после корпуса успеш-ировел три кампании, и всюду командиры отмечает ревность в службе, отзывались единодушно «и должности знающ и благородного поведения». Так или иначе, он попал на «Азов».
И дни весеннего равноденствия Корнилова вызвали н контору командира порта и вручили предписание.
По Адмиралтейств-коллегии указу, — объявил Штабс-капитан, начальник канцелярии, — переводитесь в двенадцатый флотский экипаж.
Корнилов слегка волновался: «Так это же экипаж «Азова»! Как-то пойдет служба на линейном корабле, пигорому предстоит дальний вояж, а капитан весьма строгий?»
74-пушечному кораблю «Азов» в составе эскадры Нансийского флота предстоял поход в Средиземное морс к берегам Греции, где в то время греческий народ Изнывал от турецкого господства. С эскадрами Англии и Франции русские корабли должны были препятствовать переброске турецких подкреплений в Грецию.
