«Утром 27 числа... пошли к Портсмуту и на Спитхедском рейде, по назначению господина адми-/>ti iu, расположились фертоинг... Во время плавания эскадры от Кронштадта до сего места все корабли и фрегаты соблюдали во всей точности места свои в ордерах, столь же верно ночью, как и днем, все движения управления производились быстро и правильно, ордер или колонна прохода никогда и ни в каком случае не нарушались...
Старейшие и опытные моряки Дании и Англии, посещавшие эскадру в Кронштадте и Портсмуте и сидевшие ее в действиях, единодушно отзывались, что столь примерной и отличной эскадры они никогда видеть не ожидали...
...С первого дня прибытия эскадры к Портсмуту .■ главнокомандующий обще с е. с-вом гр. Л.П. Гейденом приняли самые деятельные меры к скорейшему приуго-товлению эскадры, в Средиземное море назначенной...»
Больше месяца простояла армада кораблей на Спитхедском рейде у Портсмута, и 8 августа эскадра под флагом контр-адмирала Л.П. Гейдена направилась в Средиземное море.
«Исторический журнал эскадры» поведал:
«7 августа... Среди сих трудов и попечения в ночь с 5 на 6 августа гг. главнокомандующие эскадрами перенесли свои флаги: Г. адмирал Сенявин на корабль !1арь Константин», а е. с-во гр. Гейден — на «Азов». Начальником штаба при г. командующем назначен командир корабля «Азов», капитан 1-горанга и кавалер Лазарев 2-й.
Сего числа г. главнокомандующий передал е. с-ву предписания, инструкции, денежные суммы и кредитивы на оную и граф на другой день пошел в путь, ко славе его ведущий...»
Свежий попутный ветер наполнил паруса, погода наладилась, и с заходом солнца по корме в вечерней дымке растаяли очертания мыса Лизард. Прощай, Британия. Впереди Атлантика.
Впервые ощутил дыхание океана мичман Корнилов. Часами простаивал он, опершись о фальшборт.
За невидимым горизонтом постепенно скрывались в пучине созвездия Северного полушария, прямо по курсу на небосклоне появились незнакомые прежде созвездия, известные ранее только по картам Мореходной астрономии. Ночью впереди и по корме то и дело вспыхивали фальшфейеры, корабли эскадры показывали свое место. В океане развело волну, корабли ощутимо раскачивало с борту на борт.
Корнилов еще в Северном море на «Смирном» привык к штормовым условиям плавания, его организм принимал качку безболезненно.
