— Я в клинике? И известно, в какой? Так что же, вы всем сообщили, что у меня инсульт? Или шок? Это же конец моей карьере!
— Что вы. Я бы никогда не стал так поступать. Ваши коллеги думают, что вы повредили шею во время нападения на вас животного. Придется потом немного походить в бандаже.
— Вот спасибо, — Кимура скрестила на груди руки и закусила губу, — да зачем все это? Почему мне просто не выписать выходные и отпустить домой хотя бы ночевать. Еще раз спрашиваю: вы мне не верите?
Укё вздохнул и присел на край кровати рядом с Рэй.
— Знаете, не хочу вам лгать. Видите ли, речь тут не о доверии, а о безопасности. Вы жертва, недобитая жертва. Удобная и подходящая. И именно на это и расчет. Но не о вас мы волнуемся в первую очередь. А о тринадцатилетней Тиэко и семнадцатилетней Мэгуми. Вы же знаете их?
Кимура кивнула, продолжая кусать губу.
— Отлично. Тем более должны понимать. Они тоже Исиды. Значит, подходят как тела для мононоке. Мы не знаем, может ли он менять носителя, если предыдущий еще жив, и надеемся, что не может. Но если мы ошибаемся... видите ли, вероятнее всего, ваш наставник — медиум. Он может беседовать с духами, и это делает его подходящим объектом для вселения. И это же спасает его тело и разум. Он может пережить то, что его тело и душу трансформирует мононоке. Девочки же, вероятнее всего, этого не переживут. То есть, если мононоке использует, например, тело Тиэко, чтобы напасть на вас, — после того, как он его покинет, девочка умрет.
— Через два часа я сменю господина Ватару, — вклинилась в разговор Рэй, — поэтому я ухожу через двадцать минут. Мне надо еще найти и купить туфли.
— Да, я же сказал: можете продолжать.
— То есть на меня вам плевать. Тогда к чему этот театр? Боитесь упустить мононоке? — Кимура горько усмехнулась.
— Именно. Не волнуйтесь, вы не останетесь в стороне. И да, разумеется, о вас я беспокоюсь в последнюю очередь. Вы полицейский, у вас есть сила. Шокер, наконец. А у семьи Исида есть только наша внимательность.
— Вы нам мешаете, отец, — Рэй встала, — я же говорю: у меня мало времени. А вы болтаете и болтаете.
— Я лишь отвечаю на вопросы, не более того.
— Вы прекрасно можете на них ответить, когда мы закончим. Что вы хотели?
— Хотел сказать, что еду с тобой. У нас с господином Ватару есть важное дело — он только что звонил.
Если бы повод не был таким печальным, Киёмаса бы плясал от радости. Годным оказался первый же слиток, который он получил от Такуми. Темный, красиво мерцающий металл даже не треснул, когда воздух вокруг него стал жидким. Только радужная волна пробежала по поверхности. Что же, теперь кузнецы точно обойдутся без него. Такуми сразу, убедившись что все прошло успешно, купил ему билет на поезд.
Оказавшись на вокзале, Киёмаса все пытался заглянуть с платформы вниз — увидеть колеса. Он видел, как они выглядят, на складе, но больше всего было интересно, как они крепятся к поезду. Ведь Такуми рассказал ему о том, что благодаря колесам синкансэн только набирает скорость, а потом втягивает их, как черепаха лапы, и летит над землей. Это было настолько невероятно, что не укладывалось у Киёмасы в голове. Обычные люди напридумывали таких штук, по сравнению с которыми то, что умели делать потомки богов, казалось просто смехотворным. Такуми также рассказал ему про современное огнестрельное оружие и показал, где и как искать о нем информацию. Сам он больше интересовался мечами, но решил, что Киёмасе будет интересно побольше узнать про то, чем пользуются современные воины. Полночи они просидели перед экраном, на котором Такуми показывал ружья, стреляющие так далеко, что обычному глазу не видно цели, и так быстро, что не успеваешь моргать. Эх… сам бы Киёмаса просидел и до рассвета, тем более что водки еще оставалось прилично (он даже прихватил одну бутылку с собой), но Такуми уже был слишком стар и чуть не заснул прямо перед экраном. Пришлось прекратить это увлекательное занятие.
Но у Киёмасы в смартфоне лежало множество картинок с подробными описаниями, и время в поезде пролетело незаметно.
Когда он открыл дверь дома, тишина его изрядно напугала. Нет, только не это! Неужели господин опять куда-то ушел?! Киёмаса шагнул за порог и остановился, ошалело хлопая глазами. Нет, господин был на месте. Он сидел спиной, уставившись в экран, по которому бегала голубая рябь, — судя по всему, фильм, который он смотрел, давно закончился. Но не это поразило Киёмасу. Вокруг господина громоздились просто горы коробок, оберток и огрызков. Да что там — вся комната выглядела так, словно в ней устраивали попойку с десяток асигару [4]. Растоптанные фрукты, которые сначала явно швыряли об стену, рис, присохший к полу, и что-то белое и явно липкое даже на вид, размазанное по лестнице…
— М-мой… господин?.. — Киёмаса выронил из рук пакеты с покупками — по пути он зашел в комбини.
— Киёмаса?.. — Хидэёси медленно обернулся. — Киёмаса!
Он вскочил, бросился к Киёмасе и принялся трясти его за грудки:
— А-а-а! Мерзкий, подлый тануки! Тварь, гадкая подлая тварь!
— Иэясу?.. О, господин, что произошло? Что он сделал?!
