Этот монах совершенно не был похож на оборотня. А если и был им, то наверняка оборачивался в толстого добродушного кота. Лениво грелся на солнышке и давал посетителям себя гладить.
— Это мой друг, господин Александр, — представил его тем временем Ёситада. — Мы вместе учились. Я недавно приехал из-за границы, поэтому, к сожалению, не смог присутствовать на церемонии возвращения Великого Тосё Дайгонгэна [1]. Но я встречался с ним вживую. Это огромная честь. Но все же я хотел бы услышать от вас, как проходила сама церемония. Это ведь наверняка было впечатляющее зрелище.
— Разумеется! Я вам не только расскажу — я вам покажу. Вся церемония снята на видео, и мне разрешили сохранить эту запись в архивах храма.
— О... — Ёситада и Сандер переглянулись. Когда Ёситада позвонил настоятелю, представился наследником Токугава и договорился о встрече — они и подумать не могли, что им настолько повезет.
— Да, конечно, будет здорово, — Ёситада кивнул, — а... извините за некорректный вопрос. Вы сейчас, здесь... вы же продолжаете выполнять все ритуалы, несмотря на то что Тосё Дайгонгэн покинул это место и вернулся в мир живых. Это для конспирации? Или просто как дань традиции?
Настоятель, который было уже двинулся к храму, обернулся. На его лице застыло крайнее удивление.
— Покинул? Нет конечно, он чем вы говорите? Великое Солнце Востока здесь. Вы что же, сами не чувствуете?
Пальцы уже болели. Но нужно было записать все, пока воспоминания еще свежие. Это не только для архива — благодаря этой записи Такакагэ будет разрабатывать схему операции по захвату. Укё ужасно устал. Сначала пришлось бегать, причем очень много — босиком. Теперь — вот эта писанина. Но нельзя упустить ни одной детали из того, что он видел. Тот факт, что автомобиль, приехавший и забравший всех действующих лиц ночного представления, не скрываясь, припарковался под фонарем, очень облегчил поиски. Номер был четко виден. Сейчас Укё уже знал, что эта машина принадлежит Токугаве. Токугаве Иэясу. Куплена и зарегистрирована на это имя четыре месяца назад.
Думать пока было некогда. Укё писал.
— А-а-а... — неужели я наконец-то выспался, — Ватару вошел кабинет, потягиваясь.
До гостиницы они так и не добрались — ночевали в свободных палатах нагойской базы. Укё поднял руку, посмотрел на часы и хмыкнул. Было уже двенадцать дня. А он сам встал в восемь.
— Я уже почти закончил. Вот, посмотрите, не правда ли любопытно?
— Токугава Иэясу? — Ватару наклонился и оперся руками на стол. — Серьезно? Очень, очень интересно. Знаешь, у меня была версия, что все эти ками воплотились на время, чтобы поймать взбесившегося духа и водворить куда положено. Но, похоже, это не совсем так, — он протяжно вздохнул.
— Да-а, тогда все было бы просто. Они бы разбежались обратно по своим храмам. А мы бы поехали домой отдыхать.
Ватару похлопал его по плечу:
— Мунэхару-Мунэхару, как же ты не любишь работать... Так, ладно. Като Киёмасу надо брать срочно. Если он и рассосется в процессе — нам же лучше. Токугава Иэясу... Надо пробить его — раз он официально существует, значит, о нем есть данные. Сделай запрос в токийский отдел.
Укё кивнул.
— Вот знаете, что еще меня смущает, — он снял очки и протер стекла. И поморгал.
— М?
— Помните, когда мононоке прыгнул на него? На этого Токугаву Иэясу? Смотрите же: он ведь не призрак — у мононоке вполне материальное тело. И после второй трансформации он увеличился едва не втрое. Это больше пары сотен килограмм будет. Как минимум. А этот Токугава даже не шелохнулся, когда эта туша в него врезалась.
— Да, я тоже заметил, — Ватару снова зевнул, — кофе... ты сварил мне кофе?
— Нет, сейчас допишу и сварю.
— Да, отлично. Токугава Иэясу. Мы почти ничего не знаем о его силе. Четыреста лет назад мы еще нерегулярно вели записи и специально никого не изучали. А напрямую воевать с Токугавой Иэясу нам не приходилось. А потом был Тэрумото [2], который погубил большую часть и без того скудных архивов. Сам же знаешь. Известно, что у Иэясу свет. Второй элемент — возможно, земля. Уж больно у него удар хороший, по слухам, был.
— А что с исцелением? Я не помню такого.
— Я тоже. Ладно — следим. Вот с Като Киёмасой нам повезло, — Ватару усмехнулся.
— Да, хорошо, что вы с ним дружили и сражались вместе. Мы все знаем и о его силе, и даже о характере. Я читал его письма к вам — очень трогательно.
— Я его еще и учил, если верить этим письмам. Когда он был у меня в плену, еще совсем мальчишкой.
— Да... интересно, а тот, третий? Молодой совсем парень? Кто это был такой? Что у него в плане силы?
— Десятка. Или чист. Точнее не скажу, слишком сильным был общий фон. Но скорее, десятка — он смог держаться на ногах во всем этом фейерверке. Значит, хоть какая-то сила, да есть. Ну или просто привычный к чужой.
— Ясно. Надо выяснить, кто это. И забирать Исиду Токитиро. Я не знаю, что они все там задумали, но чем быстрее это сделать, тем лучше.
— Да. Ты за ним и сходишь. Дописывай давай. Кофе хочется — сил нет.
Киёмаса закрыл глаза. И выпил почти полчашки водки залпом.
— Можешь даже уши заткнуть — это не поможет.
