Ну что ж… проверим. Испытаем на нём «Искажение гравитации». Если сработает — отлично, добью «Сокрушительным ударом». А если не сработает… тогда активирую «Стремительный прыжок» и постараюсь отскочить. Всё просто. Почти.
Я сжал кулаки. В груди нарастало напряжение — не страх, нет. Скорее азарт. Этот бой мог стать чем-то большим, чем просто очередной стычкой. Это было испытание. Первое настоящее.
Впереди фигура босса сделала шаг. Пол под ногами гулко дрогнул.
Я активировал «Искажение гравитации» — не через иконку, не командой. Просто… захотел. Как будто не интерфейсом управлял, а своими руками, по-настоящему. Интуитивно. Почувствовал нужный импульс — и отпустил. Всё было просто, естественно. Даже как-то странно.
Но в этот раз ничего не сработало.
Гоблин лишь качнулся, слегка пошатнулся, но устоял. Он остался на ногах — и, более того, явно разозлился. Подняв правую руку, в виде костяного крюка-тесака, он заорал. Нет, не просто рявкнул — завыл так пронзительно, что воздух будто дрогнул. Я судорожно прикрыл уши, но было поздно — в интерфейсе мигнул дебафф: что-то у меня явно понизилось. Восприятие, защита или скорость — чёрт его знает. Я не стал разбираться, потому что огромная туша из кости, гнили и слизи уже неслась в мою сторону.
Бить его кулаком — идея из разряда самоубийства. Но у меня была бита. Та самая, «Бита Бандита». Так сейчас я рассчитывал только на нее.
Я резко активировал «Стремительный прыжок», отпружинил назад — и тут же вызвал «Сокрушительный удар». На мне была кровь, пот, грязь, но с новым импульсом внутри всё это вдруг показалось чем-то правильным. Правильным для боя. Бита в моих руках вспыхнула алым светом — коротко, резко, как обещание.
Я перехватил её обеими руками, встал боком — будто готовился отбить мяч, посланный злым нападающим. Только это был не мяч, а здоровенная туша, несущаяся прямо в меня. И целью было не забить гол, а свалить это чудище, пробить его защиту и внести решающий вклад… В чью победу? В мою. В своё выживание.
Гоблин бежал, словно разъярённый бык, с каждым шагом ускоряясь. Его ноги били по камню, руки были подняты для сокрушительного удара сверху.
Я не двигался. Стоял боком, чуть присев, держа биту наготове. Всё сводилось к одному точному замаху — и я ждал нужного момента.
Когда гоблин почти добежал, уже навис надо мной, я резко рванул вперёд и ударил. Цель — сбить его до того, как он обрушит свои кулаки. Удар был сильным, но бита не выдержала: она треснула с сухим щелчком и разлетелась в руках, оставив у меня только обломок рукояти.
Масса гоблина всё равно обрушилась, придавив меня на секунду. Он вонял потом, грязью и чем-то тухлым, дышал хрипло, горячо. Но в следующую секунду что-то взорвалось за моей спиной — воздух загудел, и тушу гоблина отбросило назад, будто он врезался в невидимую стену.
Я на мгновение застыл, наблюдая, как гоблин отлетает назад в строну арены, словно выброшенный невидимой силой. В полёте его лицо перекосилось от удивления, боли и полного непонимания происходящего.
Он пролетел добрых пять метров и с оглушительным треском рухнул на каменный пол. Гул был такой силы, что мне показалось — стены вот-вот обрушатся и похоронят нас обоих здесь, в этой подземной братской могиле: меня — как неудачного игрока, не сумевшего отбить «мяч» по всем правилам, а его — как провалившегося питчера, который вместо броска промахнулся и приложился собственными уродливыми конечностями.
Но я не стал медлить. Подскочив вперёд, начал добивать гоблина голыми кулаками, целясь прямо в его уродливую, лысую голову. Один удар сменял другой — коротко, резко, с силой, вложенной в каждый замах. Где-то после шестого удара он, казалось, начал приходить в себя и попытался вяло отмахнуться, но было уже поздно — кулдаун
Я тут же активировал навык, вложив в удар всё, что у меня было. Кулак со свистом прошёл воздух и врезался прямо в его левый глаз. Раздался отвратительный хруст, будто кто-то раздавил арбуз голыми руками, и моя рука, словно провалилась внутрь, ушла до локтя в мягкую, склизкую жижу.
Вздёрнувшись от отвращения, я резко выдернул руку и тут же активировал
Перед глазами всплыло новое системное сообщение. Только теперь оно имело совсем другое значение:
Я перечитывал сообщение снова и снова. Ни упоминания о «первом этапе», ни намёка на «второй». Никаких указаний на то, что мне предстоит выбрать стиль или направление в рамках какого-то уникального класса. Просто и без лишних церемоний:
