Я много чего хотела сказать ей в ответ, однако прикусила язык. Маму что, номинировали только благодаря этому козлу? А как же ее популярность? Но, глядя на ее каменно-серьезное лицо, я поняла, что она действительно переживает. Я чуть подумала и ответила:

– Ну ладно. Только, по-моему, он все равно кусок дерьма.

Губы ее дрогнули в знакомой улыбке – «мама делает вид, что это совсем не смешно».

– Можешь думать что хочешь, только держи это при себе.

– Спасибо, что оставила за мной право на собственные мысли, – ответила я сухо. – Какие еще у нас будут правила?

Присцилла задумалась:

– Постарайся не ставить меня в неловкое положение.

– Как мне не делать то, что я умею лучше всего на свете?

Она сощурилась:

– А вот так. Просто веди себя нормально, договорились?

– Ну хорошо! – Я принялась лихорадочно листать страницы блокнота, отыскала чистую. – Тогда приступим. Чтобы заполучить корону, нужно сделать три основные вещи. Первое – добиться, чтобы твое имя и лицо мелькали в школе повсюду. Даже с перебором, чтобы всех уже тошнило. – Я вспомнила о том, что в будущем прекрасно работало в соцсетях: в основу кампании я решила положить власть инфлюэнсеров. А чего добиваются инфлюэнсеры, как не популярности? Для них популярность – главная валюта.

– Чего? – Присцилла явно перепугалась. – Это совершенно гиблое дело.

– На первый взгляд, – успокоила я ее. – Но ты уж мне поверь. В противном случае о тебе просто забудут.

Кстати, именно благодаря рекламе я купила себе набор миллениальских розовых чемоданов – повелась на то, что все покупали.

Она взмахнула волосами, будто мечом.

– Обо мне никто не забудет.

Трудно было не восхититься ее безумной самоуверенностью.

– Разумеется. Но мы на всякий случай напечатаем листовки. И плакаты. Развесим по всем стенам, разложим по всем шкафчикам.

– Шкафчикам? Но это же получается какой-то… – Она осеклась, подбирая слово.

– Спам? – догадалась я.

– Чего? При чем тут спа?

А, ну конечно. Нет электронной почты – нет спама.

– Ну, в смысле, рекламные письма. А и ладно. Кто-то выбросит. Нам важно, чтобы они ни на секунду не забывали, что ты – номинантка в королевы бала.

Чуть подумав, Присцилла кивнула:

– Ладно. Тут мне придется поверить тебе на слово.

– Совершенно верно, – подтвердила я. Любой подросток из будущего, у которого под рукой есть соцсети, скажет вам: главное – произвести впечатление. – Так, пункт второй: нужно сделать так, чтобы все чувствовали с тобой связь или думали, что они тебя знают. Есть в этой школе те, с кем ты не знакома?

Знакомая же история – инфлюэнсеры процветают благодаря парасоциальным отношениям: внушают людям мысль, что те знают их лично. Даже подсовывая им при этом вместо своих реальных образов откровенные фальшивки.

Тут у меня над головой пролетел настоящий бумажный самолетик. Да уж, в этом их аналоговом мире без выдумки никак. Присцилла задумчиво проводила его взглядом.

– Ну, ясное дело, с придурками я не общаюсь.

– Ух ты. – Я записала это слово огромными буквами. – При-дур-ки. Понятно.

Она фыркнула:

– Знаю, как это звучит, но это правда. Всех, кого имеет смысл знать, я знаю.

Я глубоко вдохнула через нос – мама учила меня дышать по йоге.

– А ведь может оказаться, что так называемых придурков больше, чем вас, популярных личностей. Причем в разы. Ты об этом подумала?

Присцилла не ответила, но и спорить не стала.

– Ясно. Значит – займемся непопулярными. Следующий шаг… промо.

Она вытаращилась на меня:

– Что?

– А что? – Я в ответ вытаращилась на нее. Опять испугалась, что употребила непонятное слово из будущего. – Ну, всякая бесплатная фигня. Нужно людям что-то пообещать за то, что они за тебя проголосуют. Даже тем, кто плевать хотел на балы, нравится халява.

Она понизила голос до шепота:

– Ты хочешь давать взятки?

Ее это шокировало.

– Скорее подарки, – поправила ее я. – Что мы можем предложить?

Она помедлила пару секунд, вздохнула.

– Не знаю. Покупать мне не на что. Стеф, наверное, будет всех угощать пиццей, типа того. Для меня это не вариант.

Прозвенел звонок, я спрятала блокнот.

– Ну и ладно. У нас еще есть время подумать. До бала целых восемь дней. Но к следующей неделе нужно что-то решить, чтобы успеть раздать подарки до голосования.

– Ладно.

– А! – Я щелкнула пальцами. – У тебя есть красивые фотки для листовки?

– Гм… – Она порылась в рюкзаке, вытащила блестящий альбомчик. Перелистнула несколько прозрачных страниц, куда были вставлены фотографии. Ух ты. Настоящие фотки, распечатанные.

– Вот, держи. – Она передала мне фотографию шесть на десять сантиметров: в чирлидерской форме, позирует на футбольном поле.

Все остальные неслись к выходу, Присцилла вручила мне свою ученическую карточку с доступом к ксероксу, а потом мы обе тоже направились к дверям.

После второго урока, во время первой перемены, я пошла в копировальную. Полезно бывает дружить со старостой класса.

Подойдя к копировальной, я услышала ритмичные удары, раздававшиеся по всему коридору.

Я остановилась в дверях и увидела какого-то парня, склонившегося над ксероксом. Он лупил по нему. Со всей силы.

– Э-э… все в порядке? – поинтересовалась я.

Перейти на страницу:

Похожие книги