Флешбэк мечты полностью

Он глянула на меня с любопытством. Наглость второе счастье, Саманта. Я не отводила от нее глаз.

– Хочешь подать документы, лапуля? – спросила она с явным неудовольствием.

За «лапулю» захотелось ткнуть ее чем-нибудь острым, но вместо этого я обаятельно улыбнулась.

– Да. Мне восемнадцать, родители на работе, приходится самой.

– У всех этих азиатов родители на работе, – пробормотала она, вытаскивая какие-то бумаги.

– Простите? – Я почти что взвизгнула.

Она кривовато улыбнулась – без малейшего стыда.

– Все ваши родители работают круглыми сутками.

Я понятия не имела, как, блин горелый, на такое отвечают. Просто взяла протянутый клипборд.

– Заполни анкету, и готово дело.

Я дрожащими руками заполнила все бумаги. У меня почему-то напрочь вылетело из головы, что в прошлом придется иметь дело с такой вот паршивой расистской хренью. Не со скрытым, а просто совершенно открытым расизмом. Я с трудом заставила себя найти внутри крошечный кусочек буддистского спокойствия – девяносто процентов моей личности рвались дать ей по морде. Уж как-нибудь потерпи эти восемь дней.

Мне удалось на удивление легко и быстро получить ученический билет, расписание уроков и ключ от шкафчика (совсем рядом со шкафчиком Присциллы – я без труда убедила тетку в том, что мы родственницы, мне же важно было подобраться поближе к «двоюродной»), после чего вышла из канцелярии и успела дойти до своего шкафчика перед началом классного часа.

Остановилась с ним рядом, почувствовала страшное облегчение. Хоть одно понятное действие. Я открыла шкафчик, введя нужную комбинацию цифр, выгрузила часть вещей из рюкзака. Учебники из будущего.

– Это твой шкафчик?

Я выглянула из-за дверцы. Ну конечно, Присцилла. Волосы распущены и расчесаны на косой пробор, идеально обрамляют лицо. Белые джинсы подхвачены на талии черным кожаным ремешком, травянисто-зеленая футболка снизу украшена фестончиками.

– Привет, Присцилла. – Я попыталась выглядеть обаятельно. Человеком, которого невозможно ненавидеть.

Она закрыла свой шкафчик.

– В школе столько шкафчиков, а твой оказался рядом с моим?

Я решила не напоминать ей про «Касабланку», все равно не поймет и решит, что я выпендриваюсь.

– Классное совпадение, да?

Она скользнула взглядом по коридору.

– Угу. – Потом всмотрелась в меня, явно оценивая все подробности, от прически до грязных кроссовок. – А чего это ты одета почти так же, как и вчера? И тебе никто не говорил, что с такой стрижкой ты похожа на азиатского Джонатана Тейлора Томаса?

Присцилла никогда не выбирала выражений. Ни в прошлом, ни в настоящем, ни в будущем.

– Ну, мы только что переехали, вещи пока на складе. Так что хожу в том, что есть. – Я надела рюкзак.

Она скорчила рожу:

– Фу. Кто вообще так рюкзаки носит?

Я тоже скорчила рожу:

– В смысле, на спине, как, блин, любой нормальный человек?

– На обеих лямках, как последняя зубрилка.

На обеих лямках? Я огляделась и поняла, что кроме меня их так не носит никто. Я неохотно скинула одну лямку. Придется подстраиваться под эту идиотскую моду, чтобы не выделяться.

Присцилла, похоже, слегка смягчилась:

– У тебя где классный час?

– Где и у тебя. У мистера Котта.

– Правда? Странно, что он вчера ничего о тебе не знал.

Я засунула расписание в задний карман.

– Угу. Я и сама запуталась.

Она хмыкнула:

– Подружки мои обзавидуются, что ты попала в класс к мистеру Котту.

– Почему?

Она несколько секунд таращилась на меня как на больную.

– Чего? – не выдержала я.

– Ты чего, слепая? – спросила она. – Он же такой обаяшка. Все его называют Котиком.

Котиком? Я попыталась сопоставить это прозвище с мистером Коттом из будущего, и у меня чуть не поехала крыша.

– Присцилла!

Мы обернулись и увидели, что по коридору идут три девчонки. Симпатичные, но каждая по-своему, одеты одинаково. Жалко, что не двигаются как в замедленной съемке. Все они дружно на меня покосились.

Выражение лица Присциллы изменилось – совсем чуть-чуть, но я заметила. Черты немного смягчились, взгляд сделался доброжелательнее, нейтральнее.

– Народ, это Сэм. Новенькая.

– Приветик, – поздоровалась я, дружелюбно кивнув. Дружелюбно, но не заискивающе. Я всегда так себя вела с незнакомыми людьми. Настороженно.

Они окинули меня оценивающим взглядом. Потом над всеми всплыл, как в комиксе, пузырь, где была написана одна общая мысль:

Ну и выдра.

Мда.

Разглядывали они меня примерно секунду, натянуто улыбаясь, а потом вдруг замерли – в нашу сторону шла какая-то девчонка за ручку с белокурым парнем, который нес скейтборд. Она была симпатичная, ну этакая няшечка, а проходя мимо, очень старательно игнорировала Присциллу и ее подружек, которые, не скрываясь, на нее таращились.

Подружки тут же тесно обступили Присциллу.

– Ну Стеф дает – это ее второй бойфренд с начала года? Я слышала, он наркотой приторговывает, – хмыкнула одна из них.