Алан Стэнвик убил меня вчера вечером. Обгорелые останки принадлежат мне, несмотря на перстень Колгейта и золотую зажигалку.
Стэнвик улетел в самолете, заказанном на мою фамилию в «Службе проката самолетов», в Рио-де-Жанейро, где он намерен жить постоянно под моей фамилией и с моим паспортом.
С этой целью он перекрасил волосы в светлый цвет. Краситель он украл в понедельник вечером из квартиры своей любовницы Сандры Фолкнер, проживающей по адресу: 15641 В, Патнэм-стрит.
В Рио-де-Жанейро со Стэнвиком полетели некая миссис Салли Энн Кашинг Кейвэнау и ее сын Уильям, приехавшие в Калифорнию из города Нонхиген, штат Пенсильвания. Последние четыре года Стэнвик встречался с миссис Кейвэнау в Нонхигене раз в шесть недель. Это может подтвердить пилот по прозвищу «Баки», работающий в вашей корпорации. Миссис Кейвэнау недавно разошлась с мужем.
В Рио Стэнвик взял с собой три миллиона долларов наличными. Деньги получены от продажи акций Уильямом Кармичелом. Тот полагал, что указанная сумма необходима для внесения задатка за ранчо в Неваде, купленное при посредничестве «Свартаут Невада Риэлти».
Искренне ваш, И. М. Флетчер.
Копии: Джоан Коллинз Стэнвик, Уильяму Кармичелу, Берту Эберхарту, Олстону Чамберсу».
– Олстон, привет. Флетч.
– Величайший журналист мира?
– Он самый. Как идут дела?
– Потрясающе. Показания великолепны. Записка Каммингса – сверх всяких ожиданий. Мы забрали твоих пташек, Уитерспуна и Монтгомери, и они чирикали весь день напролет.
– С ними все в порядке?
– Они в больнице под вымышленными фамилиями, далеко-далеко отсюда.
– Отлично – (Стэнвик перечитывал письмо во второй или третий раз). – Ты хорошо поработал, Олстон.
– А ты потряс читателей, Ирвин. Это дело – сенсация года.
– Поверишь ли, но я не видел дневного выпуска.
– Надо читать собственную газету.
– Я не могу купить ее на жалованье репортера.
Около стола стояли два одинаковых «дипломата».
– Еще одно, Олстон.
– Я слушаю, дружище.
– Вы не арестовали начальника полиции. Это мелочь, я понимаю, но сукин сын преследовал меня на своем автомобиле.
– Где ты?
– Он ехал за мной от Берегового бульвара до Бэрмен-стрит.
– И до сих пор там?
– Наверное. Машина точно его. С мигалкой на крыше.
– Флетч, агенты Федерального Бюро ждут его и дома, и в полицейском участке. Чуть ли не с самого утра.
– Не пора ли им проехаться по улицам и поймать этого мерзавца?
– Они плохо знают район. Им не перехитрить начальника полиции в его родном городе. В худшем случае мы схватим его на границе с Мексикой.
– Великолепно. А как же я?
– Крикни ему в окошко, чтобы он ехал домой.
– Благодарю.
– Не волнуйся, Флетч. Eго возьмут. А мы с тобой увидимся завтра, в кабинете командира военно-морской базы. Не забудь начистить ботинки.
– Арестуйте этого сукиного сына.
– Непременно, непременно. Спокойной ночи, Флетч.
Стэнвик все еще сидел в кожаном кресле с письмом в руке. На столе позади него лежали перстень Колгейта и золотая зажигалка.
– Похоже, не выйдет у вас задуманное, – произнес Флетч.
– Похоже, что нет.
– Разгадку я нашел в словах вашей жены, произнесенных ею в постели. – Флетч сел за стол. – Она сказала, что у нас с вами одинаковые фигуры. Внешне мы не похожи. Вы – брюнет, я – блондин. Вы на десять или двенадцать фунтов тяжелее меня. Но фигуры, строение костей у нас идентичны. Поэтому вы выбрали меня среди всех пляжных бродяг. Решили, что как-нибудь убьете меня... возможно , голыми руками, вы же бывший боксер. Накаутируете ударом кулака, задушите. Потом имитируете автомобильную катастрофу. Я сойду за вас, став обгорелым трупом. Я был бы в вашей одежде, ваших ботинках, с вашим перстнем на пальце и золотой зажигалкой. Естественно, сгорел бы я в вашем автомобиле. Ни у кого не возникло бы ни единого вопроса.
– Совершенно верно.
– А в этих «дипломатах» три миллиона долларов?
– Да.
– Вам требовалось нанять самолет, чтобы избежать таможенного досмотра в аэропорту. Наличие в багаже трех миллионов долларов могло вызвать осложнения.
– Чудеса, да и только, – покачал головой Стэнвик. – За прошедшую неделю у меня не возникло ни малейшего подозрения в том, что кто-то интересуется подробностями моей жизни.
– Вы решили убить меня сегодня вечером?
– Да.
– После того, что я узнал за эти дни, должен признать, что не ожидал от вас ничего подобного. Вы же порядочный человек. Как же вы собирались оправдаться перед собой за это убийство?
– Вы имеете в виду моральное оправдание?
– Да.
– Я имею право убить любого человека, согласившегося убить меня. Вы не согласны?
– Я вас понял.
– А если без сантиментов, мистер Флетчер, я искал выхода.
– Не вы один.
– Так что нам делать теперь, мистер Флетчер?
– Делать?
Стэнвик стоял, заложив руки за спину, лицом к террасе.
– Похоже, я поставил себя в довольно сложное положение.
– Да?
– Кажется, вы намерены поступить, как я вас и просил: вы собираетесь меня убить.
Флетч промолчал.
– Я сам все подготовил. Мы одни. Ни жены, ни слуг. Нас ничто не связывает. Полагаю, проводя эту неделю расследование, вы были осторожны.
– Вы правы.
– Я обеспечил ваш отъезд из страны. Только теперь вы полетите не рейсом «TWA», а на взятом напрокат самолете.
