– Ты так быстро перешел от ненависти к семейному ужину? Чувак! Ямочки на щеках творят чудеса. – Он посмеивается над собственной шуткой.
– Она еще пониже не заглядывала, – говорю я, шевеля бровями.
– Ты отвратителен. – Он морщит нос и открывает входную дверь, чтобы уйти.
– Вообще-то я имел в виду свою очаровательную улыбку! – кричу я ему вслед, когда он убегает обратно в свой дом по соседству. – Чертов ты пошляк!
Когда я возвращаюсь к столу, мы все с трудом доедаем веганскую еду. Под столом я протягиваю Ноэль салфетку, чтобы она могла убрать туда остатки своего бургера. Она смахивает половину бургера со своей тарелки на салфетку, шепча мне «спасибо». Бабуля, любопытная проказница, прочищает горло и приподнимает бровь. Это безмолвная просьба помочь и ей, что я и делаю. Она ждет, пока Серенити отведет взгляд, и незаметно заворачивает свою веганскую запеканку в салфетку.
Когда я встаю, чтобы выбросить ее, мой папа заводит разговор с Ноэль.
– Итак, Ноэль, чем ты занимаешься?
– Я уже второй год преподаю, – с гордостью говорит она.
– А, в начальной школе? – он сцепляет пальцы.
Она хихикает.
– Нет, у меня докторская степень по истории, и я преподаю в Арлингтонском университете.
Его брови взлетают вверх.
– В самом деле? Ух ты. Ты ведь знаешь, что Колби так и не окончил университет?
Я снова сажусь на свое место и непонимающе смотрю на него. Потому что, серьезно, какого черта?
– Меня взяли в НХЛ и я не смог доучиться, пап. Ты ведешь себя так, будто я идиот. К тому же, у меня остался всего год. Возможно, когда-нибудь я вернусь и закончу учебу в бакалавриате.
– А чем
Мой отец выпячивает грудь.
– Вообще-то я футбольный тренер.
Я стараюсь не рассмеяться. Мой отец тренирует маленьких футболистов в старшей школе, где он работает сторожем. Я никогда не думал о нем плохо из-за того, что у него не было высшего образования, и я не понимаю, почему он так волнуется за мой диплом.
– В старших классах я был капитаном футбольной команды. Мог бы стать профессионалом, – вздыхает он, закидывая руки за голову и потягиваясь. – Но футбол такой опасный, понимаете? Все эти сотрясения мозга и травмы.
– Верно, – говорит Ноэль, видя его высокомерие насквозь. – Что ж, похоже, вы с Колби оба неплохо устроились несмотря на то, что у вас нет высшего образования.
Она демонстративно осматривает мой особняк.
Я никогда так сильно не хотел поцеловать ее. Я вообще никогда никого так сильно не хотел поцеловать. Я не помню, чтобы кто-то вот так заступался за меня. Защищал меня. Мои товарищи по команде всегда рядом, как на льду, так и в обычной жизни, но рядом с Ноэль я чувствую себя по-другому.
– Конечно, – папа неловко усмехается. – Я не хотел, чтобы это прозвучало так, будто он не добился успеха. – Он прочищает горло. – Чем ты занимаешься в свободное время?
Еще один странный вопрос, но Ноэль отвечает на него совершенно спокойно:
– В основном я читаю, люблю фэнтези. Сегодня мы были на фестивале фэнтези.
Папа переводит взгляд на меня:
– Подожди, так ты туда ходил? С Рути?
Я откидываюсь на спинку стула.
– Да! Ноэль подсадила меня.
Мой папа выглядит озадаченным и, честно говоря, слегка обиженным. Я не понимаю почему; что плохого в фэнтези?
Рути подбегает к папе и протягивает руки, желая, чтобы он посадил ее к себе на колени. Он смотрит на нее с раздраженным выражением лица, включает на своем телефоне детское шоу и протягивает ей.
– Не сейчас, Рути, я занят. Держи.
На долю секунды Рути выглядит разочарованной, а потом начинает смотреть на экран и садится на пол рядом с креслом. Я бросаю на папу свирепый взгляд, но он этого не замечает.
Родители Ноэль со смущенными лицами слушают, как Серенити рассказывает им о процессе приготовления запеканки, подробно описывая ингредиенты, как будто они собираются когда-нибудь приготовить это сами.
Отцу Ноэль, наконец, надоедает, и он встает.
– Что ж, нам лучше отвезти бабушку домой. Уже поздно.
Бабуля открывает рот, как будто собирается отчитать его, но, взглянув на Серенити, активно кивает.
– Да, уже пора. Я так устала на старости лет.
Я медленно поворачиваю голову и смотрю прямо на нее, а она одаривает меня застенчивой улыбкой. Я расстроен, что они уходят, и мне придется провести остаток вечера наедине с отцом и мачехой. Может быть, Рути не ляжет спать и посмотрит со мной фильм. Я понимаю, что этот ужин вышел более-менее терпимым только благодаря родителям Ноэль. Я бы предпочел проводить время с ними, а не со своим отцом.
Моя родня прощается с гостями, а я провожаю Ноэль и ее семью до входной двери.
– Я действительно рад, что вы все пришли, – говорю я, обращаясь к Ноэль.
Отец Ноэль крепко пожимает мне руку.
– Рад был познакомиться с тобой, Колби. Надеюсь, мы еще увидимся. – Он бросает взгляд на Ноэль, и она краснеет.
– Взаимно, мистер Вудкок, – улыбаюсь я, когда он начинает выводить остальных членов семьи на улицу.
